Совпадение (СИ)

А Макс, наконец, дал себе волю, устав сдерживаться с ней. Теперь никаких поблажек. Он больше не собирался придерживаться ее правил, о которых она просила, когда вошла к нему в номер в отеле «Arden». "Никаких больше нежно и ласково. Теперь до хрипов, до сладкой боли. Привыкай, Леля! Моя женщина даёт мне так, как я хочу. И тебе это понравиться, звёздочка! Уверен, что понравиться", — Макс завалил Лелю на кровать.

Леля соскользнула по шелковой простыни, и, завернувшись в покрывало, на цыпочках, чтоб не разбудить Макса, ушла в гостиную. В зале, казалось, что не было одной из стен, потому что вместо кирпича здесь с потолка до пола на всю ширину и высоту проема было смонтировано остекление. Леля, завороженная масштабом этого футуристического решения, подошла вплотную к стеклянной стене и стала наблюдать за городом, раскинувшимся перед ней. Солнечные лучи только пробивались над горизонтом и мягкий предрассветный свет залил все вокруг. Фотографы, говорят, что именно в эти часы изображения получаются волшебными. Машин было ещё очень мало, а на улицах — лишь дворники, работа которых требовала подъёма в такую рань. Крыши домов, остов высотного здания, строящегося напротив, мигающие неоновым светом вывески и, ещё не успевшие выключиться, фонари — все замерло в ожидании людей, которые сейчас досматривали последний сон. Затем у большинства из них прозвучит трель будильника, они встанут и, заполняя улицы, побредут в этом городе по своим делам. А Леля — нет. Она теперь не принадлежит себе, и даже не потому, что он физически лишил ее свободы, она потеряла свободу внутри, на ментальном уровне. Теперь она уже точно понимала, что даже если б он сейчас открыл ей дверь и отпустил, она бы не смогла уйти. Он тогда сказал ей, что приручит, выдрессирует, и, похоже, что ему это удалось. И теперь Леле стало страшно. Она чувствовала свою зависимость, уязвимость. Что будет, когда он наиграется и выкинет ее? Как жить без него? И как оставаться с ним, когда он найдет Даню? Мысли, чувства — все металось в ней, пока просыпался город, за которым она наблюдала из панорамного окна.

— Почему сбежала? Что опять надумала? — Макс полностью обнаженный стоял за ее спиной и, положив руку ей на живот, по-хозяйски притянул ее к своей груди.

— Красиво, — с придыханием произнесла она.

— Самая красивая здесь — ты! — Макс поцеловал ее в изгиб шеи, приподнимая ее над полом, — А знаешь, что еще красивее?

— Твои ладошки на этом стекле с раскрытыми дрожащими пальчиками, когда я сделаю вот так, — Макс сдернул с нее покрывало и слегка толкнул ее вперед, заставляя упереться руками в стеклянную преграду и прогнуться в спине. Он потянул ее за бедра и насадил на себя.

— Макс, пожалуйста, Макс…, — стоя на носочках, бормотала Леля в забытьи.