Столичный доктор. Том III

— Герр Баталофф, рад приветствовать вас в Вольфсгартене! — с изрядной долей пафоса произнес он. — Меня зовут Фриц, я старший дворецкий. Сейчас вас проведут в вашу комнату. Ужин через два часа.

Операция внедрения прошла на «отлично». Горничные забегали, готовя мне ванную, ливрейный лакей со знанием дела помогал Кузьме распаковывать чемоданы, мне с дороги предложили чего-нибудь выпить, пока среда обитания придет в состояние, достойное гостя высоких хозяев. И ведь даже паспорт никто не спросил, довольно было представиться на въезде.

Комната, если честно, сильно моему номеру в «Бристоле» проигрывала.

И в «Англии» тоже. Три звезды, максимум. Четыре с большой натяжкой. Скромненько: гостиная, спальня, ванная. Кровать, правда, двуспальная, на всякий случай, наверное. Но без балдахина. Тумба прикроватная, столик, шкаф. И в гостиной диван, парочка кресел, бюро, если поработать надумаю. Ну хоть на письменный прибор средней паршивости и стопку писчей бумаги расщедрились. Никакого антиквариата, сплошной новодел. Картины на стенах — уровня барахолки в Битцевском парке. Жмоты, одно слово. Так мировое светило встречать — себя не уважать. Хорошо, не с дворней столоваться посадили, и за это спасибо.

За ужином меня ожидал Великий князь и некто неизвестный, взирающий на Сергея Александровича с выражением угодливого страха. Я был удостоен горячего рукопожатия и вербального восхищения оценкой моих заслуг. А как же, вроде и виделись недавно, а два ордена получил.

Выглядел Романов неважно — красные глаза, печать усталости на лице. На лбу обозначились мощные морщины.

Странный худощавый субъект в пенсе оказался моим коллегой, акушером при дворе Великого герцога Эрнста Людвига, доктором медицины Герхардом Петерманом.

С ним я уговорился пообщаться позже —, не за ужином же. Хозяин поместья отчалил по своим делам в Дармштадт. Там же находятся и его жена Виктория-Мелита с годовалой дочкой Елизаветой. О причинах отсутствия Великой княгини мне пока не сообщили.

Ужин как ужин — пресноватый суп, слегка недосоленный бифштекс, и прочее, в пределах допустимых погрешностей. Съедобно. Вино хорошее, прямо очень понравилось.

Надо попросить, чтобы прислали несколько бутылок. Наверняка из личных герцогских погребов, не в магазине покупали. К вину шел отличный сыр под названием брюнуст. Тоже захотелось захомячить пару-тройку головок.

— Расскажите, что там за конфуз случился во время визита Его Величества в институт? — спросил Сергей Александрович после того, как мы прикончили первую бутылку и слуги нам открыли вторую.

Что примечательно — беседовали по-русски, напрочь исключив из разговора очкарика.