Столичный доктор. Том III

К тому же, там и от чужих глаз подальше, и с охраной попроще.

— Что же, господа, мы готовы, — сообщил я всем, пошушукавшись в сторонке с Дмитрием Леонидовичем.

И десять минут спустя здание в центре столицы Российской империи стало практически моим.

На сцене появились новые действующие лица — заместитель по хозяйственной части Николай Дмитриевич Баркарь, отставной каптенармус лет сорока, и старшина строительной артели Ринат Гайдулин. А что время тянуть? Работать надо начинать, а у нас еще конь не валялся.

Хотелки я до исполнителей довел, сроки готовности через десять дней услышал. Там особо много и делать не надо. Директора нашел Романовский, рекомендации предъявил самые лучшие. Вот пусть с ним Тубин занимается и доводит, что у нас воровать не надо, а лучше получать хорошее жалование долго и постоянно.

Телефон имелся в моей новой квартире, и он работал. Так что я поднялся, и телефонировал по номеру, который значился на визитке, скромной и лаконичной.

— Здравствуйте. Профессор Баталов вас беспокоит. Думаю, через две недели начинаем работу. Пока можете найти меня в гостинице «Англия», номер пять. Телефон — тысяча ровно.

Наши партнеры из высших сфер дали жару в области пиару. Я бы так не смог, даже зная куда заходить и сколько заносить. А так — позвонил по указанному номеру, сообщил о готовности — и понеслось. Я благополучно остался в тени, подставив под огонь партнера. Романовскому придется торговать лицом не очень много, и без него разберутся, специалистов, я думаю, хватает. Короче, Дмитрий Леонидович сполна познает бремя славы.

А пока окончательно набираем медицинских сестер, санитаров, и прочий люд. Нам, конечно, только кастинги проводить, а технический персонал пусть директор нанимает.

Я же лучше по медицине. Административная работа мне, как и любому нормальному врачу, очень не нравится. Вот операцию произвести могу. Перевязку сделать — запросто. А как начинаешь читать эти ужасные официальные письма, да еще и отвечаешь на них — сразу чувствуешь, что время потрачено напрасно. Как вспомнишь «Русский медик», особенно поначалу, так сразу хочется выдать большой петровский загиб, специальное издание для медиков, исправленное и дополненное.

Консилиум вместе со Склифосовским мы провели, как и договаривались. Манассеина привезли из дома, уложили на стол в смотровой, и мы приступили. Кроме нас двоих присутствовали еще пятеро статистов, не проронивших ни слова за все время. Хотя нет, поздоровались, когда вошли.

Температура в норме, давление, пульс, дыхание — никаких нареканий. Состояние после первого этапа гемиколэктомии удовлетворительное.