Страшные сказки закрытого королевства

Так и с Дарио о том, как нам дальше жить.

А еще нужно узнать о судьбе драгоценностей графов дас Рези, вывезенных из моего дома, и о бумагах из сейфа. Что там прятал папа? Я не знала кода от сейфа и никогда в него не заглядывала. Мне только было известно о его существовании.

Надеюсь также, что лорд Калахан убрал голову Гаспара из кабинета. Не хочу снова это видеть.

Я была невозмутима. На меня словно снизошло вселенское спокойствие и равнодушие. Ни слез, ни огорчения, ни волнения. В сердце и в душе́ будто коркой льда всё покрылось. Мне казалось, я оттаяла, когда мы с Дарио стали путешествовать вдвоем. Но маленький толчок, сброшенные личина и характер ребенка мужского пола, отчужденность Дара – и опять мою сущность сковала зима.

Я выполняла все просьбы Линды и Марши, которые занимались моим телом и волосами. Послушно поворачивалась и подставляла руки и ноги для притирок, лосьонов, кремов. Терпела, пока они отмывали мои грязные волосы, а потом расчесывали их и распутывали колтуны, выполаскивали и мазали бальзамами… Закрывала глаза, когда девушки накладывали на мое лицо ароматные магические смеси. Даже не поморщилась, пока выщипывали брови, возвращая им форму. Тихо сидела, пока они шлифовали ноготки на руках и ногах.

Всё так привычно и так… непривычно. Это было чем-то обыденным в моей прошлой жизни. Но та жизнь осталась позади. А в этом новом существовании нужно снова приучиться к тому, что за тобой ухаживают и помогают.

Я действительно одичала.

Кто я теперь? Уже не та юная, наивная, уверенная в том, что всё всегда будет хорошо, Рэмина, что жила в Дагре. Всё оборвалось слишком внезапно и трагично, на высокой ноте.

Но я и не бродячий нищий менестрель, хотя и влачила это жалкое существование на самом дне общества много месяцев.

Жаль, но я еще и не маг, не всемогущая сидхе.

Всё нужно строить заново, с нуля. С чего начать? К чему стремиться? Какова моя конечная цель?

Кажется, меня накрыло отчаяние. Или я просто изменилась?

Спустя несколько часов я смотрела в зеркало и одновременно узнавала и не узнавала себя в этой особе. Черты лица стали жестче, пропала детская мягкая припухлость, скулы заострились, а из глаз ушла наивность. Это были глаза взрослой женщины, не девочки, которой я убегала из родного дома. Прическа тоже другая, непривычная. Раньше я носила две косы, так как с длиной волос ниже колен сделать что-то замысловатое на голове было сложно. Их было слишком много, невероятно густые, очень длинные. А сейчас локоны хоть и отросли за месяцы скитаний, но для кос были коротки, поэтому Марша собрала их и подняла наверх, красиво уложив и заколов шпильками. Элегантно, пожалуй, мне идет.

Изменилась и фигура. Подростковая угловатость и неловкость ушли, оставив тело полностью сформировавшейся молодой девушки.