Страшные сказки закрытого королевства
– Я что-то не так понял?
– Собственность… – повторила я. – То есть… они как рабы, что ли?
– Точняк! Рабы. Смертники, которым заменили казнь сначала на рудники, а потом на рабство. Те, кто отработал сначала десять лет, добывая магически активные минералы, не подох от излучения и тяжелой работы под землей и кого выкупили с плахи. Вот они и доживают свои дни, как хозяева захотят.
– То есть… это легально? Рабский статус?
– А чё б нет? Всё по общественному указу. Натворил делов – отвечай. Хочешь на виселицу или плаху – вот тебе веревка и топор, помирай сразу. Готов оплатить трудом еще несколько лет своей никчемной жизни – прямая дорога на рудники, там всегда нужна рабочая сила.
– Не-е, на рудники баб не отправляют, смысла нет. Там и мужики-то мрут как мухи, а бабы и месяца не протянут, только возиться с ними – вези под охраной, потом хорони… Сразу казнят, если преступление настолько серьезное, что к такому суровому наказанию приговорены.
– А что значит «подставляй шею и вали»? – никак не могла я разобраться в законах, отличных от принятых в Дагре.
В закрытом королевстве такого не практиковалось. Магам прямой путь на костер, если их засекут. Политическим преступникам – смертная казнь через отсечение головы.
– Ты из какой глухомани выбрался, музыкант? – озадачился мой собеседник, но пояснил: – Ошейник рабский, зачарованный. Снять его невозможно, распилить или иным способом вскрыть – тоже. А ежели раб попытается сам это сделать, то умрет от удушья. Захочет убить хозяина – та же участь. Я ж тебе ясно сказал – это замена смертной казни.
– А если хозяин захочет продать раба? Как тогда ошейник поймет, что владелец сменился?
– За-ча-ро-ван-ный! – по слогам, как умственно отсталому, пояснил он мне.
Я помолчала, осмысливая информацию и рассматривая столешницу. После чего выпрямилась и поинтересовалась:
– Где я могу купить раба? Хозяин Когтя не захочет продать мне какого-нибудь, уже не годного к боям?
– Парень, ты спятил? – обалдела вся компания. – На кой тебе раб? Да еще из преступников…
– Страшно одному странствовать. Я ведь не воин… А так хоть кто-то сопровождать будет.













