Страшные сказки закрытого королевства

Недовольно роптали и гудели те, кто сделал ставку не на того бойца. Радостно подсчитывали барыши букмекеры и хозяева победителей.

– Эй! Ты в порядке? – заглянул мне в лицо мой безымянный спутник. Те мужчины из трактира не пожелали представиться, сказав, что мне незачем это знать. – Слышь, парень, ты живой? Белый как мел…

– Я в порядке, – проскрипела я. – Идем?

И мы пошли в какой-то коридор с обшарпанными стенами и рядами закрытых дверей. Перебрались в следующее помещение без окон, и я сглотнула ком в горле. Клетки… Ряды клеток вдоль стен. А в них мужчины в ошейниках.

Кто-то лежал, кто-то устало обтирал с себя тряпками кровь и пот, кто-то безучастно таращился в никуда…

В помещении пахло… Даже в хлеву более чистый воздух, чем здесь. Тут же перемешались запахи испражнений и крови, гнилой соломы и протухшего мяса, немытых тел и еще чего-то непознаваемого, но мерзкого до того, что я с трудом сдерживала тошноту. Будет не очень хорошо, если меня сейчас вывернет.

– Ну-с, юноша, – подскочил к нам владелец этого кошмарного места и потер руки. – Кого вы желаете купить? Мне уже сообщили о цели вашего визита.

– Я не… очень богат, господин, – сморгнув, перевела я на него взгляд.

 – Какие из ваших…

– Смертников, – цинично подсказал он мне.

– Какие из ваших… смертников стоят недорого? Мне не нужен сильный боец, я не планирую выставлять его на бои или что-то подобное. Просто кто-то, кто сможет меня сопровождать и защитить в случае нападения.

– Малыш, те, кто смогут тебя защитить, стоят недешево, – расхохотался мужчина, показывая почерневшие редкие зубы. – Но глянь вон там, – махнул он рукой в дальний угол. – Там те, кто уже свое отыграл. Глядишь, сторгуемся.

На деревянных, негнущихся ногах, стараясь не дышать, я отправилась в указанном направлении. Здесь были… нет, это уже не люди. Ну не может у людей быть таких глаз и лиц.

Поняв, что моя идея была не просто глупой, а абсолютно безумной, я побрела обратно. Ни с кем из этих существ я не хочу находиться рядом. Им терять нечего, они и так умирают. Прирезать во сне своего хозяина для них будет радость. Хоть как-то отыграться, перед тем как упокоиться.

Возле одной из клеток я оступилась на выщербленном полу и едва не упала. Пришлось схватиться за толстый прут пустующей клетки.

Или она не пустует?

В глубине зашевелилась груда тряпья, и на меня взглянули глаза. Ненависть. Оглушающая, от которой перехватывало дыхание. Отвращение, боль и презрение. Я, остолбенев, смотрела в эти глаза и с ужасом понимала, что это существо ненавидит не столько своих мучителей, сколько себя. И презирает тоже… себя.

Да с чего я это взяла?! Что за чушь?!

Я даже головой потрясла от наваждения и дернулась от прозвучавшего за моим плечом голоса:

– Не, пацан, этот уже подыхает.