Суббота Воскресенского

Он просто потерял дар речи. Зато Полина, кажется, трудности со словами не испытывала:

– Я сама не ожидала, я не планировала, поверь. В тот раз… единственный… вероятность была очень маленькая. В любом случае тогда это было мое желание, приведшее к таким серьезным последствиям, поэтому ответственность несу я. Просто думаю, что ты должен об этом знать. Как и о том, что я… я решила сохранить ребенка.

Она замолчала и стала ждать ответа, сцепив руки в замок.

Она решила сохранить ребенка. Замечательно. Шевцов продолжал молчать. Просто не мог понять, что сказать.

Поздравляю? Какой срок? Примерный срок он и сам может вычислить.

Почему раньше не сказала? Это тоже ясно – Надин появилась не вовремя.

Шевцов стоял, смотрел на Полину и молчал.

Она вздохнула и продолжила. На этот раз уже не смотрела на него, говорила, опустив голову:

– Я ничего от тебя требовать не буду, не беспокойся. Средств у меня достаточно, на ноги поставлю. Главное, чтобы родился здоровым. Просто подумала, что ты должен знать, и если вдруг захочешь познакомиться… я… я не буду мешать вашему общению.

Голова пошла кругом. Он все это уже слышал – и про то, что сама вырастит и воспитает, и что средств достаточно, и что по выходным можно приходить навещать.

Прямо в этой вот комнате и слышал. Только женщина была другая.

Сразу возник вопрос. За кого его держат? За осеменителя, выполнившего свою функцию, чтобы потом раз в неделю на пару часов встречаться с собственным ребенком?

Гнев разгорелся в душе, перекрыл все эмоции и начал душить. А она сидела, смотрела на свои сцепленные в замок руки и ждала ответа.

Ответ все же нашелся.

– Нам надо пожениться.

– Что? – Полина подняла лицо, и Шевцов увидел ее удивленные глаза.

– Нам надо пожениться, – повторил он.

– Зачем? – кажется, она действительно не понимала.

Она все решила за двоих, а про то, что ее вариант выхода из ситуации может его не устроить, – не подумала.

– Я не хочу быть воскресным папой для своего ребенка, – твердо сказал Шевцов. – Я хочу, чтобы он родился в семье. В полноценной семье.

– Но как же мы будем жить… вместе? Мы же даже не пробовали.

– Вот и попробуем, – ответил он. – Выбирай территорию: твоя или моя?

Полина смотрела на него растерянно.

Вероятно, такого поворота сегодняшнего разговора она не ожидала. Но других вариантов Шевцов не видел.

– Мне… мне надо подумать… – тихо сказала она.

– Подумай. Ужинать будешь?

– Я… не знаю… господи, я не готова выходить замуж! Я там уже была и…

– Я тоже там был, так что опыт имеется у обоих. В общем, ты тут посиди, а я быстро пожарю мясо.

Ему необходимо было что-то делать. Ужин оказался прекрасным предлогом. Когда Шевцов что-то делал руками, его мысли упорядочивались. Ребенок.