Суббота Воскресенского

Чтобы детали юбки не цеплялись за штаны и шпаги партнеров. Чтобы нигде ничего не тянуло и было удобно прогибаться в поддержках.

Про Лизу Женя забыла сразу же, как только Маша закончила делиться новостями.

А зря. Та ожидала Женю у раздевалки после репетиции. Костюм, к слову, оказался не только красивым, но и комфортным. Завтра будет тестироваться другой – для сольного танца с Сеней.

Лиза стояла около двери и не отошла, чтобы дать Жене пройти.

– Может, посторонишься? – поинтересовалась Женя.

– С чего бы это? – Лиза демонстративно сложила руки на груди. – Я сторониться не привыкла.

– Мне надо в раздевалку.

– А мне надо, чтобы ты отстала от Сени.

– Да что ты? Думаешь, я уступлю тебе такого замечательного партнера? – что эта Лиза себе позволяет?

– Обещать – не значит жениться. Сначала он был мой жених, теперь твой, кто знает, что будет дальше.

– Дальше я тебе переломаю ноги.

– Только попробуй. И кстати, ты заметила, как прекрасно сегодня катался Сеня? Завтра у нас репетиция сольника, приходи. Мы там делаем такую поддержку, которая с тобой вряд ли получится.

После этого Женя резко дернула на себя ручку двери, чуть не сбив Лизу.

Не нужен ей был Сеня. Откатаются, вспомнят былое и разойдутся. Но разговаривать с собой подобным тоном Женя не позволит. Может, она их обоих почти и простила. Но не забыла.

А реквизитор Маша, став невидимым наблюдателем этой сцены, стояла за углом и довольно улыбалась. Она не просто успела подслушать разговор, но и догадалась заснять его на телефон.

После больничного Полина вышла на работу, и как-то сразу стало понятно, что до официального декрета она вряд ли сможет вести такую же активную деятельность, как раньше.

Слишком быстро начинала болеть спина, а мозг отказывался надолго сосредотачиваться на продвижении новых и старых банковских продуктов. Пошаливало давление, да и живот резко появился. Хотя в общем-то пора. Срок подходил такой, когда тайное становилось явным, и скрыть это тайное за широкими одеждами уже не удавалось. Полина ловила на себе заинтересованные взгляды коллег и старалась не обращать на них внимания, чем еще больше разжигала любопытство вокруг. Оно и понятно, одинокая женщина за сорок в интересном положении.

Но она больше не была одинокой.

Она была теперь не только с ребенком внутри своего растущего живота, но и с мужчиной – отцом этого ребенка.

Они жили вместе. Олег порой задерживался на работе или после университета заезжал к себе на квартиру взять какие-нибудь вещи или просто поработать в привычной тихой обстановке. Но ночевать всегда приезжал к Полине. И покупал по дороге все необходимые продукты, не разрешая ей самой носить сумки.

В дни его задержек Полина ловила себя на мысли, что ждет Олега, ждет с нетерпением, даже скучает.