Суббота Воскресенского

Книжный шкаф был забит под завязку самого разного рода литературой, включая энциклопедию мирового искусства, классическую поэзию и сентиментальные женские романы. Вынуть книгу рецептов оказалось не так-то просто, но она справилась. Правда, задела рядом стоящий том, и он полетел на пол. По полу рассыпались бумажки.

Ариадна присела, чтобы поднять книгу и собрать старые, пожелтевшие от времени листы. Счет из ателье она узнала сразу. Совсем ведь забыла про найденные в буфете обрывки чьей-то жизни!

В тот день ей так и не удалось почитать. Пришла школьная экскурсия, потом электрики – проверять проводку, потом позвонила Надин и попросила купить три подарочные коробки конфет.

Для кого – не уточнила. В общем, к книге в тот день Ариадна больше не возвращалась и про находку совсем забыла.

Зато сейчас, собирая бумаги с пола, она смогла в полной мере изучить их содержимое. Отложив книгу, она села на пол и принялась рассматривать пожелтевшие листы.

А отреставрированный буфет, кстати, обещали доставить на будущей неделе в «Жираф».

– Вы уверены, что это надо делать именно сейчас? – спросила мама Лики. – На соревновании она выложится…

– Я надеюсь, – ответила Женя, – что Лика на соревновании выложится, но кораблик ей надо поправить до выступления.

У Леры не получался прыжок, девочка упрямо боролась с тулупом и проигрывала. Мама пыталась с трибуны докричаться до любимого чада:

– Пока не сделаешь, с катка не уйдешь!

В итоге Женя заявила, что, если родители продолжат вмешиваться в тренировочный процесс, да еще и в день соревнований, она будет вынуждена удалить их со льда. Мамы абсолютно одинаково поджали губы, а Женя закончила:

– Я рада, что мы друг друга поняли.

Она понятия не имела, о чем эти две женщины судачат за ее спиной. Наверняка сокрушаются, что здесь не присутствует Людмила Борисовна и что Женя просто завалит эти старты, ибо тренерского опыта у нее нет.

Плевать. Сжать зубы, поднять голову выше и выдержать.

Выдержать этот питерский лед.

После тренировки Женя отчиталась по телефону Людмиле Борисовне, что все в порядке, девочкам и их мамам посоветовала по возращении в гостиницу отдохнуть в номере и никуда не выходить. Если перекусить, то что-нибудь легкое. До начала соревнований осталось два часа, до их разминки – три.

Женя открыла дверь номера и, сбросив обувь и верхнюю одежду, повалилась на кровать в джинсах и джемпере. Если бы этот старт проходил в другом городе, она бы справилась, совершенно точно. А тут… Прошлое, которое, как она думала, сумела побороть, возвращалось снова и снова. Знакомый бортик, знакомые трибуны, даже запах знакомый. Все возвращало туда.

Маме утром написала радостное послание, мол, к штурму готова.

Людмиле Борисовне отчиталась о получившемся наконец прекрасном кораблике.