Свадебный венок

– По-моему, эта штуковина на меня не рассчитана, – проворчал он, сбрасывая ботинки. Камилла тихонько засмеялась:

– Спорим, ты сам не заметишь, как уснешь, – она поудобнее откинулась в кресле, но тут же подскочила, как ужаленная, увидев, что Зак ставил с себя рубашку и принялся расстегивать ремень.

– Что ты делаешь? – воскликнула она, почти срываясь на визг.

– Разве сама не видишь? Раздеваюсь. Видимо, тебя смутило, что я веду себя не как подобает джентльмену, я должен был попросить тебя отвернуться?

– Но… но ты же не можешь спать здесь в таком виде… – прошептала Камилла, вспомнив о мистере Прескотте.

– Право, это же была ваша идея, мисс Джеймсон, неужели вы уже не помните? Вы сами велели мне снимать штаны. Думаю, я ничуть не смущу эту мисс Каменное Лицо. Уверен, она не увидит ничего нового для себя, – он без промедления начал стягивать джинсы, и Камилла потупилась, покраснев до ушей.

– Разве ты не поцелуешь меня на сон грядущий? – ехидно осведомился Зак через секунду.

– Нет! Еще чего выдумал! – возмутилась она. В ответ он лишь рассмеялся.

Девушка услышала негромкий скрип и шелест простыни, пока Зак ворочался, стараясь поудобнее примоститься на короткой и узкой кровати, а затем наступила тишина. Ровное, еле слышное дыхание свидетельствовало, что, как она и предполагала, он заснул, едва коснулся головой подушки. Ну и прекрасно, ее миссия выполнена. Однако Камилла испытывала страшное волнение. Все шло так, как ей и хотелось – но только пока Зак вдруг не разделся. Несмотря на царящий в палате полумрак, она ясно видела крупную мускулистую фигуру Зака, едва прикрытую простыней. Неожиданно на Камиллу нахлынули воспоминания – Зак лежал совершенно голый, раскинувшись на широкой постели в домике в Сноу Берд. А на его золотистой коже плясали причудливые блики огня из камина.

Это яркое видение пробудило в девушке страстное желание. Она резко мотнула головой, словно отгоняя мысли о Заке, и заставила себя думать о том, какие необходимо пронести реставрационные работы завтра.

Ночные часы тянулись долго и монотонно, разнообразили их лишь появления медсестер через равные промежутки времени. Они молча входили, производили какие-то манипуляции с мистером Прескоттом и молча удалялись. Почему-то Камилла ощущала необыкновенное умиротворение при мысли о том, что, пока она тут сидит, каждая минута сна прибавляет Заку сил и здоровья. Когда в окно начали заглядывать первые лучи солнца, она опустила шторы, вновь погрузив палату в полумрак. Ей хотелось продлить эту ночь как можно дольше.

Примерно через полчаса после рассвета Камилле понадобилось заглянуть в ванную комнату.