Святой Грааль

Ему уже сказали, что сэр Горвель захватил с собой все фамильные драгоценности, на которые можно снарядить небольшую армию или выстроить крепость средних размеров. Сэр Горвель, вы, конечно же, не поверите, что именно ваши хозяева накусикали на вас? Но это в духе прогресса. Хазэрам нельзя приказать, как вам, однако низшими существами легко манипулировать, играя на жадности, зависти, злобе!

Горвель побелел, его рука метнулась к рукояти меча. Мгновенно Томас и Роланд, вожак мародеров, обнажили мечи, загородили отшельника. Олег продолжил:

— А чашу, в благодарность за подсказку, Карганлак отдаст тем, кто указал на богатую добычу.

Сэр Горвель, кому нужна эта невзрачная чаша?

Горвель со стуком задвинул меч обратно в ножны, отвернулся. Мародеры и разбойники переглядывались неверяще, подозрительно. Короли, базилевсы, султаны — это что-то из легенд, почти как боги, демоны, пэри: ни те, ни другие, ни третьи не попадаются на пути простого люда, о них можно забыть, верить надо лишь в свои силы, удачу и счастливую звезду!

— Что будем делать? — поинтересовался Роланд, выступив из группы мародеров. — Святой отец, мы уже приметили, что ты явно сталкивался с этими дьяволами.

Возможно, крепко сталкивался, если знаешь их воинские привычки, а тот роговой дьявол разговаривал с тобой почтительно, мы все видели, а такое чудище отгоняют не кадилом, а крепким кулаком. Да и поглядывало оно, мне не дадут соврать, на твои кулаки, а не на амулеты!

Олег машинально потрогал обереги на груди, сказал медленно:

— Придется выжидать. Уйти не можем, они захватили коней. И гору наверняка окружили. Ночью на приступ не пойдут, знаю.

— У нас кончилась вода, — напомнил Роланд.

Он облизнул пересохшие губы. — А они с утра будут обливаться водой! Там в полумиле родник.

Олег печально покачал головой:

— Другого выхода нет. Здесь дороги оживленные, отряды баронов и сарацин часто ходят через эту долину. Если хоть кто-то появится, обязательно погонят: диких хазэров ненавидят все.

Роланд отступил, в глазах, однако, было сомнение. Мародеры совещались потихоньку, а чернобородый разбойник, который дотоле держался тихо, вдруг заорал:

— Если!.. Это «если» сгубило весь мой отряд! Ладно, у паломника свои пути, у нас — свои.

Как только стемнеет, попробуем прорваться. Кто-то погибнет, уцелевшие будут жить. А иначе мы все погибнем с этим дураком!

Томас покраснел, рука рыцаря метнулась к рукояти меча. Горвель надулся, шагнул ближе. Олег коротко метнул вперед кулак. Глухо звякнул шлем. Чернобородый мгновение стоял, выпучив глаза, затем колени подогнулись, он рухнул лицом вниз. Разбойники остолбенело смотрели на слетевший на землю железный шлем, где появилась вмятина, потом перевели взоры на голый кулак мирного паломника к святым местам.