Святой Грааль

Тилак первым соскочил с коня, низко поклонился:

— Моя королева! Мы сражались, как могли. Если бы не эти франки, я остался бы в городе. А так удалось вывести даже людей Атта, они дрались на площади!

Изоснежда обратила взор на телохранителей. Оба держались возле Томаса, хотя рыцарь уже твердо сидел в седле, на левой руке у него блистал гербовый щит, а в правой колыхалось гигантское копье, внушающее ужас размерами. Один выехал вперед, поклонился:

— Моя королева! Эти франки все-таки побывали в захваченном городе. Даже ворвались, чему мы никогда бы не поверили, в башню великого мага! Они же сразили чудовищ, что привели варвары пустыни.

Томас смущенно кашлянул, прервал:

— Невелика честь ворваться к беспомощному старику. А насчет чудовищ… Я даже не знаю, не насмехаетесь ли? У нас пауков слуги убирают вениками. Это все ваши воины, ваше величество!

Всадники, что приехали с ним, уже спешивались, уводили коней. На могучего рыцаря, благодаря которому вырвались из города, посматривали со страхом и уважением. Изоснежда сказала гневно:

— Нас захватили врасплох! В городе была только малая дружина.

— Если есть еще войска, — сказал Томас медленно, он не спускал восхищенного взора с золотоволосой красавицы, — то хорошо бы послать за ними!

Он слез с коня, к нему подбежали юноши, помогли снять тяжелые доспехи, облепленные чужой кровью, слюной паука и слизью.

Олег уже отыскал ручеек, влез в холодную воду, с наслаждением плескался, ухал, разбрызгивал воду из сложенных ладоней, словно боялся утонуть.

Изоснежда посоветовалась с Тилаком, подошла к Томасу:

— Сэр рыцарь, я вижу, ты не только отважный воин, но и сведущ в битвах. Крупные отряды верных мне войск есть на границе королевства.

Это в двух днях отсюда.

Томас покачал головой:

— Поздно. Уже завтра варвары сгонят уцелевший люд заделывать бреши, поставят на воротах охрану. Ворваться нужно сейчас! Их боевой пыл угас, все разбрелись, грабят, пьют, насилуют. Я видел как разбивали винный склад. Свирепого войска уже нет. Остались пьяные грабители! Но завтра они превратятся в воинов.

Королева бросила взгляд на зеленую долину. Из трех сотен измученных воинов едва ли два десятка оставались на ногах, остальные распростерлись без сил в траве.

Треть страдала от ран, которые в пылу схватки не замечали.

— Я бы пошла с вами! — сказала Изоснежда горько. — Однако посмотрите на моих людей!

Томас потоптался на месте, озирая долину и рощу. Лишь самые выносливые стягивались к кострам, вяло пытались есть, однако даже на их лицах были отчаяние и покорность судьбе. Остальные лежали, разбросав руки, не в силах даже разговаривать или хотя бы сбросить доспехи.

— Завтра этой возможности не будет, — напомнил Томас.

Он медленно опустился на колено.