Святой Грааль

Раньше рыцарь на такие мелочи не обратил бы внимания, но жизнь потаскала через разные страны, народы, обычаи, и хотя христианская твердыня в душе лишь окрепла, все же научился чувствовать другие души, хоть и обреченные гореть в адском огне из-за неверия в Христа.

Олег очнулся от дум, сказал предостерегающе:

— Если Семеро Тайных не оставили блажь добыть твою чашу, то их человек наверняка ждет в Константинополе. Этих ворот из Азии в Европу никто не минует!

— В Константинополе народу больше, чем муравьев в лесу! Сумеем затеряться.

— Им достаточно поставить одного на причале.

Томас опустил ладонь на рукоять меча. Олег даже не обернулся, он сотни раз видел этот привычный для Томаса жест, который сопровождал рыцаря во всех затруднениях.

— Кого рубить будешь? Народу на пристани много.

— Замаскироваться? — предположил Томас нерешительно.

Олег окинул долгим взглядом его гордую фигуру, видимую издали в сверкающих доспехах, поинтересовался с мрачной иронией:

— Ну… я мог бы, хотя это и очень противно, повернуть при сходе на берег щит внутрь гербом. А то и вовсе сунуть в мешок! Ведь нас ищут по моему гербу: мечу и лире на звездном небе, верно? Менять герб нет смысла, Тайные наверняка знатоки геральдики, ее всюду изучают прежде грамоты, самая важная наука, вычислят любое перемещение по звездному полю щита, поймут укрываемый смысл…

— Хорошая маскировка, — согласился Олег, — но лучше о ней забудем.

Император держит на службе десятки тысяч соглядатаев, что встречают на воротах города купцов, паломников, нищих, поселян, моряков, роются в их вещах, взимают пошлину, но главнейшее их занятие, за что получают из секретного кармана вторую плату, — высматривать в невинных с виду купцах или нищих второй лик, настоящий. В город постоянно проникают лазутчики и разведчики, наемные убийцы, тайные соглядатаи дальних царей, шайки разбойников — почти всех изощренная служба раскусывает с легкостью, но под тайным надзором пропускает в город, дабы вызнать все нити, цели, узнать сообщников. Нередко отпускают из города, не тронув пальцем, если это служит дальним целям империи. А цели бывают столь зловещие и далеко идущие, что о них даже помыслить не могут наивные и прямомыслящие короли юных западных королевств!

Корабль бросил якорь в полуверсте от берега.

Таких кораблей, больших и малых, качалось на волнах уже сотни, прибывали новые, а между ними сновали быстрые легкие лодки с крепкоплечими гребцами.

Гелонг терпеливо дождался прибывшего на такой лодке портового чиновника. Грузный человек, но без рыхлости, прошелся с хозяином на мостик, где они остались в одиночестве, а помощники как юркие крысы шмыгнули в трюмы.