Святой Грааль

Томас медленно с опаской приблизился к выходу. В сотне шагов от его пещерки дракон азартно ловил рыбу, а калика, обнаженный до пояса, сидел у прогоревшего костра, где от углей остался лишь черный выгоревший круг, старательно работал иголкой. На коленях у него лежала душегрейка из волчьей шкуры.

— Сэр калика, — позвал Томас тихонько, не выходя из щели. — Доброе утро!

— Утро доброе, — ответил калика рассеянно. Его брови были сдвинуты на переносице. — Как спалось?

— Спасибо, — ответил Томас вежливо. Он чуть выдвинулся, смерил взглядом расстояние до азартного рыбака. — Как у нашего коня настроение?

— У Жаворонка? Вроде бы неплохое. С рассвета ловит рыбу. Говорят лучше всего ловится именно на рассвете.

— Он прав, — подтвердил Томас уважительно. — Но как насчет сома?

— Есть только один способ узнать наверняка.

Томас вышел из расщелины, проговорил с достоинством:

— Сэр калика, ты в своих благочестивых размышлениях не заметил даже, что сам посоветовал мне помочь бедному зверю сохранить рыбу! Вот так за доброе дело… или как говорит один мой знакомый паломник из Руси: нашим салом да по нашей же шкуре!

Калика опустил иглу, брови взлетели на середину лба:

— Правда?.. Что-то смутно помню. Похоже, сома ты действительно не воровал… Да и в самом деле было бы чересчур даже для христианина. Правда, сом все-таки исчез… Хорошо-хорошо, оставим. Бог все равно все видит, а ваш христианский вовсе шпионит за каждым, ревнует, чтобы без его воли ни листок не слетел, ни волос с головы не выпал…

Томас приблизился к костру, кивнул на горбатую спину с встопорщенным гребнем:

Калика подумал, почесал пятерней в затылке, пожал плечами:

Томас обреченно опустился рядом с каликой. «Авось», «надо идти», «образуется», да еще таинственное заклятие «кусим», с которым калика шел напролом и побеждал. Томас пробовал сам выговаривать его тайком, эту магическую формулу, но на него, рыцаря Запада, не действовало: явно надо иметь таинственную русскую душу, которую аршином общим не измерить, а есть авось, когда надо идти и в удачу слепо верить…

Дракон внезапно метнулся вдоль берега, подскочил к крутому обрыву и, сидя на мелководье, выгребал когтистыми лапами комья желтой глины — с камешками, травой, хватал огромной пастью, торопливо глотал, выдирал новые, стараясь достать без камней, кореньев и грязи.

— Что это он? — шепнул Томас тревожно.

— Обожрался рыбой, — отмахнулся Олег. Деловито сделал узел на жилке, откусил, с удовлетворением осмотрел свою работу.

— Животом мается. Кому уголь помогает, кому глина… Пусть нажирается, нам сегодня лететь весь день до вечера.

Он вытащил из мешочка огниво, а Томас, вздохнув, отправился по хворост.