Те, кто уходит и те, кто остается

Я поспешила их успокоить: дескать, репутация моего будущего свекра тут ни при чем, а компьютерный специалист сразу сказал мне, что, если Энцо ему не подойдет, он ничем не сможет нам помочь. Лила чрезвычайно воодушевилась, закивала головой и воскликнула:

– Еще бы он ему не подошел! Он же такой умный!

– Да я компьютера ни разу в жизни в глаза не видел, – заметил Энцо.

– И что с того? Этот парень сразу понял, что ты справишься.

Энцо чуть помолчал, а потом посмотрел на Лилу с таким восхищением, что меня кольнула зависть.

– Я рассказал ему, какие задания ты придумывала.

Он впечатлился.

– Да! Особенно от задач на составление алгоритмов. Как погладить рубашку, как забить гвоздь…

Тут они словно забыли обо мне: начали перешучиваться, используя термины, которые ни о чем мне не говорили. Я смотрела на них и видела счастливую семейную пару, у которой есть своя тайна, настолько сокровенная, что они сами о ней не догадываются. В памяти всплыл двор нашего детства; школьный конкурс по арифметике, на котором Лила и Энцо сражались друг с другом перед директором и учительницей Оливьеро за первое место; тот день, когда Энцо, никогда не плакавший, разревелся, попав в Лилу камнем.

Эти двое, думала я, лучшее, что есть в нашем квартале. Может, Лила и права: им стоит туда вернуться.

Я стала обращать внимание на таблички «Сдается внаем» на дверях домов. В один прекрасный день по почте пришло приглашение на свадьбу Джильолы Спаньюоло и Микеле Солары, адресованное не нашей семье, а лично мне. Несколько часов спустя мне доставили и вручили еще одно приглашение – на свадьбу Маризы Сарраторе и Альфонсо Карраччи. Оба послания – и от Солара, и от Карраччи начинались с почтительного: «Уважаемая синьора».

Мне сразу подумалось, что эти приглашения – отличный повод повидаться с будущими новобрачными и выяснить, не опасно ли Лиле возвращаться в квартал. У меня появился повод навестить Микеле, Альфонсо, Джильолу и Маризу. Я поздравлю их и скажу, что не смогу присутствовать на торжестве, потому что к тому времени уже уеду из Неаполя, а сама постараюсь разведать, намерены ли Солара и Карраччи по-прежнему преследовать Лилу. Пожалуй, единственным, кто мог бы честно сказать мне, прошла злость Стефано на жену или нет, был Альфонсо. С Микеле, хоть я его и ненавидела (или как раз потому, что ненавидела), я собиралась поговорить о том, что у Лилы проблемы со здоровьем, и дать ему понять, что, даже если он воображает себя пупом земли, а меня считает беспомощной девчонкой, у меня теперь достаточно сил, чтобы осложнить ему жизнь, вздумай он обижать мою подругу. Я спрятала обе открытки в сумку – не хотела, чтобы мать увидела их и оскорбилась, что пригласили меня, а не их с отцом, – и вышла из дома, полная готовности обойти всех за день.