Тело

Белокожий было дернулся в направлении пузыря с «одеждой», но я цепко его придержала и, звонко осуждающе поцокав языкам, красноречиво помахала указательным пальцем другой руки.

— Нет, нет! Командую сейчас я! — не знаю, как духу хватило на это заявление (судя по отвисшей челюсти белокожего, он тоже не поверил собственным ушам), но я была намерена дать ему почувствовать все «прелести» подчинения. Ему тоже полезно побывать в моей «шкуре»!

Подтащив его к пузырю с едой, велела:

— Вытаскивай трубочки.

Он, пусть и с оттенком надменности на лице, но требование выполнил. Но вот вставить себе в рот трубку я ему не дала — перехватила и… прижав ее к груди, выдавила часть питательной смеси на поверхность тела! Белокожий потрясенно отступил, поэтому я шустро ухватила его за руку и самым обольстительным тоном утешила:

В итоге он проявил характер и решил рискнуть здоровьем, вновь придвинувшись ко мне. А я… отвела душу, измазав его с ног до головы. С таким количеством «сладкого» опять объемся и основательно его залюблю. Бедняга, скоро сам от меня бегать начнет!

Судя по ужасу, отражавшемуся на лице мужчины в ходе моих издевательств над его телом, он пребывал в жутком состоянии, только волевым усилием удерживая себя от того, чтобы не сбежать в очистительную кабину.

— Готов? — я плотоядно облизнулась, откладывая трубки в сторону.

Он неуверенно кивнул: смотря к чему…

Я же уверенно прижалась к нему собственным телом, еще и специально потерлась, размазывая пюре по нашей коже, слепляя нас, и — лизнула его плечо. Потом еще и еще! Со смаком, максимально чувственно, одновременно продолжая тереться своим бюстом о его грудь и яростно сжимая его плечи руками, размазала сладкое и по спине. И облизывала, облизывала и облизывала его тело. Обводя кончиком языка узоры на коже, покусывая за выпирающие мышцы и одновременно жадно ощупывая его руками. Белокожий, кажется, снова не дышал, прислушиваясь к своим ощущениям и распахнутыми в потрясении глазами следя за моими вопиющими действиями. И — он возбуждался! Прижимаясь к нему поплотнее, я отчетливо ощущала, как его член, зажатый между нами, наливается желанием. А он еще даже не завтракал!

Кульминацией же моего «завтрака» стал момент, когда я, опустившись на колени, принялась слизывать сладкое пюре с его бедер, приближаясь к самому «вкусному», и одновременно ладонями страстно сжала обе половинки его ягодиц. Как делал он со мной!

Белокожий вздрогнул. Зажатый между моими губами и руками, он явно был потрясен этим пленом. Самим фактом собственного положения.

А я уже закусила удила, возбудившись до максимума, горя желанием идти до конца и заставить его захотеть меня так же невыносимо яростно, как хотела его сама.