Тело

И продолжил собираться — пузырей вокруг становилось все меньше и меньше.

— Долго еще до посадки? — волнуясь, уточнила.

— Полчаса, — поразил меня ответом мужчина.

Едва удержалась от того, чтобы в панике не вскочить с пузыря, но была остановлена внезапной мыслью, озвученной Риахом. Белокожий с удивлением остановился на месте и задумчиво сообщил вслух в никуда:

— Как это странно — вот так разговаривать… с тобой. Я и не заметил, как время пролетело.

Хихикнула про себя: «Постепенно он поймет, как это прекрасно — не быть одиноким!»

Укрывающий полог был в полной мере укрывающим. Стоило его невесомой структуре обхватить мою фигуру, стирая ее внешние особенности, а капюшону скрыть лицо (впрочем, с моей стороны он был абсолютно прозрачен), как меня в принципе стало невозможно опознать.

— Готова? — шипением заставив пузырь со своими вещами плыть за нами по воздуху, Риах шагнул в угол с туманом.

Я нервно кивнула и подошла к нему. Ура! Я покидаю наконец-то эти четыре стены. И тут же туман уплотнился, скрыв от меня все окружающее, а когда развеялся… мы стояли снаружи, на открытой площадке. В отдалении вокруг виднелся уже виденный мною на визуальном изображении ландшафт из пустынной местности и острых выступов скал, рядом находилось несколько рисов обоих полов со своими, подобно мне укутанными с головы до пят, неподвижными Теге. Опомнившись, я тоже замерла, опасаясь привлечь к себе ненужное внимание.

Каждый рис в сопровождении своих Теге, послушно и ровно шагающих следом, подходил к небольшой арке с сизым туманом и исчезал в ее проеме. Так и Риах, оперативно скомандовав мне: «Теге идет за мной», — устремился к ней.

Очередной затянувшийся миг в беспросветном мареве тумана и мы оказались на высоком… балконе.

— Мой агр, — с ноткой хвастовства и гордости пояснил белокожий.

А я остолбенела, лишившись дара речи, душа замерла от восхищения перед открывшимся мне неописуемым зрелищем. Высота, на которой мы находились, была невероятной. Но страшно не было — наоборот, хотелось смотреть и смотреть вокруг, впитывая в себя каждый кусочек панорамы. Пустыни с острыми камнями не было видно. Вокруг были одни облака. Разноцветные, они невероятнейшим радужным ковром укрывали вокруг все пространство, насколько хватало взгляда. Эта «палитра», словно живая, двигалась и плавно перетекала из одного конца в другой. Картина была настолько красочной, что у меня дух перехватило. Ничего прекраснее и невероятнее я в обеих своих жизнях не видела… пока.

— Это… Я такой красоты не представляла даже, — спустя некоторое время смогла я сознаться белокожему.

Он довольно жмурился.

— Раньше тебе это было безразлично. У тебя однозначно появилась душа.