Терминатор

Она ощутила, как из раны хлещет горячая кровь, я с удивлением отметила, что ей совсем не больно. Над ней стоял Терминатор и всаживал в ее некогда красивое тело пулю за пулей, которые, словно маленькие тараны, с хлюпаньем пробивали в ее плоти отверстия. Сара завизжала, ибо это было не убийство, а глупая и бессмысленная бойня. Она вдруг поняла, что в комнате тихо. Если она не кричала, то, значит…

Ей все это приснилось.

Уже темно, а Риз все еще не вернулся. Покрытые пылью электрические часы, стоявшие на тумбочке у кровати, показывали минуты седьмого. Она вскочила и тут же пожалела об этом.

Ее мышцы, которым досталось за последние двенадцать часов, напоминали своей податливостью кусок мороженого мяса. Она слишком мало спала, чтобы они успели отдохнуть.

Пистолет лежал на столике, направленный дулом в стену. Сара глядела на него, как на повестку из Верховного Суда. Казалось, пистолет говорит ей: «Тебе не нравится, как я выгляжу? Фу, как невежливо! Мы теперь всегда будем вместе. Попробуй, усни без меня!» Сара содрогнулась и схватила трубку телефона. Через несколько секунд она уже разговаривала с мамой.

— Поверь мне, мам, — говорила она, — ты не можешь мне помочь.

Лучше оставайся в безопасном месте. Я не могу сказать тебе, где я нахожусь. Это слишком опасно.

Однако мама на сей раз оказалась настойчивей. Она хотела хотя бы знать номер, по которому можно было бы позвонить, если ей придется уйти из дома — ведь в таком случае Сара не сможет с ней связаться. Что ж, в этом она права.

— Мама, я дам тебе номер, но ты должна обещать, что не сообщишь его ни полиции, ни кому бы то ни было другому. Слышишь? Мы пробудем здесь недолго. Хорошо, хорошо. Записывай.

Сара продиктовала номер мотеля, написанный на телефонном аппарате, и сказала маме, что любит ее. После короткого молчания услышала ответное признание в любви, которого не ожидала. Повесив трубку, Сара посмотрела на аппарат. От всей этой истории мамино сердце, должно быть, разрывается на куски.

Ей нужна защита. Эта мысль промелькнула в голове Сары, словно камешек, брошенный в озеро. Упал и утонул, Сара не придала особого значения тому, что мамин голос звучит как-то странно…

Дом был маленький, почти как пляжная кабина — всего три комнаты.

На верхнем этаже спальня, откуда вниз вела лестница. Кухня отделена от гостиной тонкой перегородкой.

Выбитая дверь болталась на одной петле. На полу, под опрокинутым креслом, лежало тело Сариной мамы. За последние десять минут температура в доме опустилась почти до 34 градусов по Фаренгейту. На голове миссис Коннор запеклась кровь. Невидящие глаза бессмысленно таращились на убившее ее существо. Оно сидело в кресле у стола и держало возле уха телефонную трубку.

— Я люблю тебя, мам, — произнес голос в трубке.