Тот, для кого живу. Продолжение

Стукани Курбановы куда следует о том, что Демидов их беспокоит и кружит где-то поблизости, у него самого «обострится геморрой», и он уже мало чем сможет помочь своей семье. У настоящего виновника при этом окажутся развязаны руки. Если же, и вправду, воду мутит Курбанов-самый-младший, то он, гаденыш, заляжет на дно и действовать начнет осторожнее и осмотрительнее, поняв, что «наследил». И здесь уже неважно, «узнает» ли он его при встрече или сделает вид, что «не узнал». Захочет ли он остановиться — это уже другой вопрос, хотя на несколько статей Уголовного кодекса он уже и так насобирал (при условии, что это он, конечно).

В любом случае без последствий публичная самодеятельность Демидова не обойдется.

Список неотложных дел рос, ширился в геометрической прогрессии. Желательно было за короткий промежуток времени оказаться в нескольких местах, и чем скорее, тем лучше. Если один пункт вычеркивался, вместо него актуальность приобретали другие. Если в одном месте не сложилось, могло сложиться где-то еще и еще, и все вместе это выливалось в растущее раздражение.

Участковый ничего не добавил, но и ничем не разбавил кашу подозрений в отношении Курбановых, а раскрывать истинную цель своих расспросов Влад не стал. Опера пренебрежительно рукой махнули на вопросы о задержанном — так, ничего особенного, одни понты, мажорчики бабки просаживают, — но адреса всех дружков дали. В кафе тоже руками развели — пришли двое часу так в девятом-десятом, присоединились к компании давно заседавших черноголовых приятелей, шумно отдыхали, на выходе сцепились с более трезвыми посетителями, что в итоге закончилось разбитыми витринами, столами, кулаками и вызовом полиции.

Раньше их здесь не видели и надеются впредь никогда не увидеть.

Влад чувствовал себя очутившимся в самом сердце паутины, где лучами от него расходились сектора — Курбанов, Соколов, Макаров, а в этих секторах — еще куча ответвлений. И каждый сектор вроде бы есть, и внутри него вроде бы тоже есть мосточки-переходы, но все равно они ведут в никуда. Замешкаешься, путаясь, в одном секторе, в другом уже новые узоры наплелись, пропитались клейким соком сомнительных улик, только кидайся их распутывать, пока не поздно.

Но хоть в одном разговор с Димоном облегчил Владу существование — теперь, передвигаясь по Москве и настороженно высматривая в зеркалах заднего вида и боковушках возможный «хвост», он знал, что искать. «Тойота Камри», черного цвета, известный госномер… Если это Курбанов…

Разрывая пелену напряженности в салоне, в кармане куртки затрезвонил мобильник.