Тот, для кого живу. Продолжение

Само слово плюс то, каким тоном высказывался Демидов о Ксюше, звучали оскорбительно.

— А кто? Что-то я у нее ни кольца, ни штампа в паспорте не заметил.

Парень вынужденно замолчал, сверля бывшего заключенного горящим, озлобленным взглядом. Не его это дело!

— А вот мне она жена, — наступал тем временем Влад, — пусть и бывшая, но жена. И сын у нас есть. Так что нам с тобой разговаривать не о чем, студент, — озвучил пренебрежительно свои недавние мысли: — Не путайся под ногами…

— Какая она тебе жена?! — усмехнулся Денис с возмущением. — Ты ее опекун бывший! Опекун, который, воспользовавшись тем, что служит в органах, склонил несовершеннолетнюю девушку к вынужденному сожительству, — на этих словах его лицо исказила гримаса отвращения.

 — Как тебя вообще из тюрьмы выпустили?! — удивился в сердцах, не скрывая эмоций. — Тебе самое место там! До конца жизни!

— Я свое уже отсидел, — Влад помрачнел еще больше. Напоминание о том, как у них все случилось с Ксюшей, вгоняло в краску. Хорошо еще, что на улице темно — не так сильно, как он надеялся, в глаза бросалось.

— Ты за убийство отсидел, — парень был неугомонен.

 — А не за…

— Да! — резко оборвал его Демидов. Неприятный сюрприз, что Ксюхин воздыхатель все знал… Нельзя дать ему понять, что в разговоре он начинает одерживать верх. — Вот, представь себе, какой я ужасный человек! — ухмыльнулся с бравадой, напускным веселием. — Не боишься, что и тебя грохнуть могу в случае чего?

Ну да, кругом тишина, темнота, ни души. Денис если и испугался, то виду не показал. Наоборот, как-то расслабился, еще выше вздернул подбородок. Уголки губ снова дрогнули в усмешке.

— И опять на зону вернешься? Да стоит полиции узнать, что ты нам просто угрожаешь, и …

— Оставим лирику, — опять перебил его Влад.

 — Меня интересует мой сын и больше ничего. Так что можешь спокойно выдыхать, — кинул небрежно, — на твою даму сердца я не посягаю, — ухмыльнулся после короткой паузы. — Просто всегда буду где-то поблизости, — и снова пауза, — до тех пор, пока не добьюсь, чтобы сын проживал со мной. Пять лет ребенок жил с матерью, теперь будет жить с отцом. Справедливо.

— Он не остается с чужими, — угрюмо заметил Денис.

— А я ему не чужой.

Ты чужой, а я нет. Постепенно он привыкнет ко мне.

Денис помалкивал. Замолчал и Влад. Неспешно достал пачку сигарет, подкурил одну, не сводя глаз с соперника.

— Возьми деньги, — наконец негромко произнес парень, взывая к остаткам здравомыслия и совести. — Она не переживет разлуки с сыном, а он — с ней.

— Значит, я и ее заберу, а иначе ей придется привыкнуть.

Две машины разъехались в разные стороны, унося с собой раздраженных соперников, так и не пришедших ни к какому решению. Каждый стоял на своем.