Третий Генерал: Тома I-II

Стояли молча и даже не пытались помешать этому. Ведь зачем спасать какую-то простолюдинку, не так ли?

На самом деле вскоре после того, как я занял место Никиты в этом теле, то ярко пережил всю его не столь уж длительную жизнь. Мог бы отгородиться от всего этого, в моих силах было вообще стереть все эти воспоминания. Однако я захотел пережить это. Чтобы бы боль Зотова стала моей болью. Если уж мне довелось занять его место, то было бы правильно сделать его жизнь частью своей.

Так что я желаю отомстить всем этим дворянам не просто из-за чувства долга или чего-то ещё.

Нет, теперь это личное.

На Волконском лица не было. Вот уж чудо — совестливый дворянин, которому стыдно и от этого чертовски паршиво. Тем не менее это не никоим образом не оправдывает то, что тогда он и его семья допустили весь этот ужас. Поэтому князь с родными заплатят за это, так или иначе. Сейчас же я так, только забавляюсь раз выпала такая возможность.

— Понимаю, вам тогда было всего девятнадцать, а слово главы рода закон, поэтому вы не могли пойти против отца, — продолжил я говорить. — Ваш батюшка даже смог найти в себе достоинство и сберечь мне жизнь.

Но он погубил всю мою семью, в особенности мать. Вы стояли и смотрели на это, даже не пытаясь что-то сделать. Поэтому простите если, слушая обещания от кого-либо с вашей фамилией, мне хочется засмеяться в полный голос. Это ведь очень смешно, когда Зотов выслушивает обещание о поддержке и помощи от Волконского.

Всё, кажется, я заставил князя если не впасть в депрессию, то в конец испоганил ему всё настроение и заняться самоедством. При этом я ведь говорил с ним непозволительно прямолинейно и забывая про то, что он целый князь, а я простолюдин.

Любой другой меня бы как минимум выгнал пинком из поместья. По-хорошему же меня стоило серьёзно наказать. Но Волконский лишь молчит, пытаясь справиться со своими эмоциями. Интересно, этот тоже повесится, как и его отец?

Я также был в курсе того, что Зотовы помогли Волконским за пару лет до того, как началась та резня. Отец Никиты не боялся говорить о таких вещах при младенце, что тут такого? Никто ведь не мог предугадать, что место парнишки однажды займёт некий Третий Генерал и переживет все воспоминания Никиты как свои.

Так что даже моё личное отношение к княжескому роду было, мягко говоря, негативным.

— Иди, тебя проводят в гостевую комнату, — сказал он после нескольких минут молчания. — А я пока разберусь с Болотовым.

Я молча встал, но не сразу пошёл на выход из кабинета. Достал из кармана свою коробочку и вытащил оттуда одну из карамелек.

— Попробуйте, вкусная конфета, — сказал я, а затем всё же пошёл на выход. Князь же так больше ничего не сказал.