Рыжая

Ира не знала, что видят лишенные зрения люди, но, сидя в корнях дерева, она была уверена, что именно это – совершенную темноту без единого проблеска света.

Малыш спокойно спал. Видимо, его не беспокоила какофония звуков. Ирина даже позавидовала такому крепкому сну и нервам.

Поначалу она вздрагивала от каждого громкого звука или треска, прозвучавшего рядом с их убежищем, но постепенно напряжение улеглось. Нельзя бояться вечно. Ира задремала.

Назвать это полноценным сном не поворачивался язык. Скорее, она дрейфовала на грани сна и реальности, готовая в любой момент действовать. Это было утомительно, но полностью погрузиться в сон не получалось.

Очнувшись под утро, Ирина какое-то время сидела неподвижно, осмысливая все, что неожиданно появилось в голове.

Это было очень и очень странно.

Еще вчера она ощущала себя исключительно Ириной, а сегодня утром появилось чувство, словно в ее голове кто-то распаковал папку с информацией, которая ранее ей не принадлежала.

Это дезориентировало.

Чуть пошевелившись, Ира глухо застонала оттого, что тело занемело. Кое-как вытянув ноги, она хрустнула спиной и зевнула. Малыш в ее руках пошевелился, но просыпаться не торопился."

"Убедившись, что еще слишком рано для похода, она решила исследовать знания, каким-то образом попавшие в голову, будто Ира внезапно вспомнила в подробностях фильм, который, она была уверена, никогда не смотрела.

Прикрыв глаза, Ирина сосредоточилась. Информация легко поддалась желанию и раскрылась окончательно.  Не нужно было «просматривать» от начала до конца, Ира просто знала все, что было вложено в ее голову. Разом. Одномоментно.

Осознав, какое богатство ей досталось, она принялась более внимательно всматриваться в картинки прошлого. Да, это было прошлое.

Прошлое этого тела.

До того, как в нем по неведомой причине оказалась Ирина, его занимала другая душа. Сознание? Не совсем понятно, но суть ясна.

Девушку звали Тая. На момент, когда Тая покинула тело, ей было всего пятнадцать лет! Ира не знала, как реагировать на такое откровение. Она хорошо помнила время, когда была подростком, и не могла сказать о нем ничего хорошего. Организм давал жару. Психованность, нервные срывы, вечная ругань со всеми, кто ее не понимает.

Гормоны заставляли умирать от любви к самому популярному мальчику в школе, а гордость не давала признаться в этом даже себе. Именно поэтому, когда остальные девочки томно вздыхали, бросая кроткие взгляды на первого красавца школы, Ирина лишь фыркала, презрительно морщилась, в душе умирая от ужаса, что кто-то может даже просто подумать, будто она тоже влюблена.

В общем, веселое было время. Проходить через все это повторно совершенно не хотелось.