Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Он вздохнул и с издевкой добавил:

- Мне ужасно неловко,  но надо же как-то поддерживать местное искусство… Каким бы оно ни было… Мне пришлось выкупить ложу.  Надо хоть посмотреть, как она выглядит. Ради приличия.

Я изучала афиши. «Кровавая чаша. Исторический спектакль – фантазия-комедия-пародия  в двух действиях». И картинка с человеческим черепом, залитая кровью. Оптимистично, нечего сказать. «Кровавый ужин. Пьеса по мотивам книги «Кровавый завтрак» Ш. Ардоне, написанной под впечатлением рассказа «Кровавый обед» К. Берне» Нарисован бокал, наполненный кровью, а в нем отражалась какая-то корявая репродукция «Тайной вечери».

 Следующая пьеса называлась «Кровь и яд». На афише была нарисована пара, в костюмах а ля Ромео и Джульетта, слизывающая с пола кровь.

- О скряга! Выпил, не оставив капли, чтоб мне помочь. Я губы поцелую: Быть может, кровь  еще на них осталась, чтоб перед смертью подкрепить меня,– вздохнула клыкастая Джульетта, ползая рядом с телом клыкастого Ромео и слизывая кровь с пола.

- И пол мыть не надо… - философски заметил таракан-инвалид, - Моя ж ты, хозяюшка!

Я тоскливо посмотрела на неизвестный актерский состав, а потом на моего спутника.

- Разочарованы? – поинтересовался Абель, опираясь на трость, - Не переживайте, скоро разочарование сменится глубоким отвращением, и вы будете умолять меня поехать домой как можно скорее.

Позади нас перешептывались. Я явственно ощущала странные взгляды. Все смотрели на меня с некоторым подозрением. Я не могла понять, в чем дело. Может быть, где-то здесь есть табличка: «В грязной обуви, в грязной одежде, со своей едой вход воспрещён!», а мы как-то бесцеремонно вошли и не заметили?

- Вас не смущают эти взгляды? – осторожно и тихо спросила я, - Наше совместное появление на публике не ударит по вашей репутации?

- Если меня вдруг начнут смущать эти взгляды, вы узнаете об этом первой.

Посмотрите мне в глаза, - Абель взял меня за подбородок и приподнял мою голову, повернув в свою сторону.

- Вот так и держите голову, - хрипло произнес он, глядя мне в глаза, - И не вздумайте ее опускать. Поворачивать ее в другую сторону я вам тоже запрещаю. Запомните это раз и навсегда.

Прозвенел звонок, и мы направились в ложу.

Два оббитых красным бархатом кресла, столик между ними с программкой и темнота. На столе стояло два бокала, наполненных кровью. Абель смел их со стола тростью.

- Не люблю навязчивый сервис. Я не знаю, как у других, но у меня местный репертуар надолго отбивает аппетит.

Алый бархатный занавес стал медленно раздвигаться. Он застрял где-то на середине, но потом снова поехал в разные стороны, подметая золотистой бахромой сцену. На сцене стояла толпа актеров, одетых в некоторое подобие доспехов.