Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)
– Чтоб они сдохли, все эти слащавые кривляки южане! Моя подружка до сих пор была такой покладистой, а тут вдруг залепила мне пощечину. Я, видите ли, недостаточно деликатен для нее.
– И право, вам уж пора сделать выбор, кто вы: распутник или духовное лицо. Возможно, вы оттого и страдаете, что еще не решили, в чем ваше призвание.
Побагровев, он подошел к ней совсем близко, дыша ей прямо в лицо винным перегаром.
– Я страдаю оттого, что ломаки вроде вас дразнят меня, словно быка. С женщинами у меня один разговор.
И не успела Анжелика сделать движение, чтобы защититься, как он грубо рванул ее к себе и своим жирным слюнявым ртом прижался к ее губам.
– Мессир де Жермонтаз! – раздался вдруг голос.
Анжелика в ужасе узнала в мужчине, стоящем на верхней ступеньке лестницы, графа де Пейрака. Он поднял руку и сорвал с лица маску. Она увидела его искаженное гневом лицо, от которого могло бы бросить в дрожь даже самого мужественного человека. Медленно, нарочно подчеркивая свою хромоту, он стал спускаться, и, когда дошел до последней ступеньки, в руке его блеснула шпага, которую он вынул из ножен.
Жермонтаз, слегка покачиваясь, отступил. Вслед за Жоффреем де Пейраком по лестнице спускались Бернар д'Андижос и мессир де Кастель-Жалон, Племянник архиепископа повернул голову в сторону сада и увидел за своей спиной Сербало. Жермонтаз шумно запыхтел.
– Да это… это ловушка, – пробормотал он. – Вы хотите меня убить!
– Ты сам устроил себе ловушку, свинья! – бросил в ответ д'Андижос. – Ты вздумал обесчестить жену человека, который оказал тебе гостеприимство!
Анжелика дрожащей рукой тщетно пыталась стянуть на груди разорванный корсаж.
Граф продолжал наступать, и внезапно его нескладная фигура обрела гибкость, как у акробата. Подойдя к Жермонтазу, он ткнул его кончиком шпаги в живот и коротко бросил:
Тот молниеносно – сказалась военная выучка – выхватил свою шпагу, и они скрестили оружие. Несколько мгновений они сражались так ожесточенно, что чашки эфесов дважды стукнулись друг о друга, а лица противников оказывались совсем рядом.
Но граф де Пейрак каждый раз проворно увертывался от удара.
















