Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

Достаточно того, что вы признали себя человеком, весьма искушенным в ядах и алхимии. Короче, как вы сами заявили, вы можете умертвить человека так, что никто не догадается о причине смерти и не заподозрит вас. Кто же поручится нам, что вы этого уже не сделали?

– Но пусть докажут, что я это сделал!

– Еще вас обвиняют в смерти двух людей, хотя я должен отметить, что это не основные обвинения. Первая жертва – племянник его высокопреосвященства де Фонтенака, архиепископа Тулузского.

– Разве дуэль, спровоцированная противником – а это могут подтвердить свидетели, – теперь считается колдовством?

– Господин де Пейрак, советую вам переменить свой иронический тон по отношению к суду, единственная цель которого – добиться истины.

Что же касается второй смерти, которую вам приписывают, то она вызвана либо одним из ваших неуловимых ядов, либо заговором. Во всяком случае, при освидетельствовании трупа одной из бывших ваших любовниц был обнаружен – при свидетелях – вот этот медальон с вашим поясным портретом. Вам он знаком?

Анжелика видела, как председатель Массно протянул какой-то маленький предмет швейцарцу, а тот передал его графу де Пейраку, все так же стоявшему перед скамьей подсудимых, опершись на две палки.

– Да, я узнаю, эта миниатюра была сделана по заказу той несчастной экзальтированной девицы.

– Несчастная экзальтированная девица, как вы назвали ее, была одной из ваших столь многочисленных любовниц, и ее имя – мадемуазель…

Жоффрей де Пейрак повелительным жестом остановил его.

– Умоляю, не оскверняйте публично ее имя, господин председатель. Ведь бедняжка умерла!

– Умерла, исчахнув от любовного томления, которое, как теперь начали подозревать, было вызвано вами с помощью заговора.

– Это не правда, господин председатель.

– Так почему же тогда медальон нашли во рту покойницы и на вашем портрете, на груди, как раз там, где должно быть сердце, видна дырочка, словно от прокола булавкой?

– Понятия не имею. Однако, судя по тому, что вы мне рассказали, можно скорее предположить, что это она, будучи очень суеверной, пыталась таким образом приворожить меня. Выходит, из колдуна я превратился в жертву колдовства. Забавно, не правда ли, господин председатель?

И вдруг все услышали, как этот едва держащийся на ногах с помощью палок призрак громко расхохотался.

Публика сначала нерешительно заерзала, потом наступила разрядка и по залу прокатился смех.

Но Массно даже не улыбнулся.

– Разве вы не знаете, подсудимый, что факт обнаружения медальона во рту покойницы свидетельствует о том, что на нее была наведена порча?

– Насколько я вижу, господин председатель, по части суеверий я гораздо менее сведущ, чем вы.

Магистрат не обратил внимания на намек.