Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

 – Я не буду входить в детали этой нелепой и зловещей процедуры, но по крайней мере два пункта я отмечу: первое – монахиня, которая тогда симулировала приступ одержимости в присутствии подсудимого, и есть Кармен де Мерекур, которая только что продемонстрировала нам свой талант комедиантки и которая, выходя из зала – это может подтвердить один из служащих канцелярии суда – выплюнула кусок мыла, с помощью которого у нее изо рта появилась пена, словно у эпилептика; это любимый прием нищих, притворяющихся припадочными, чтобы вызывать жалость прохожих.

И второе – я возвращаюсь к поддельному штифту, к этой адской игле, которую вы отказались зарегистрировать как свидетельство защиты, основываясь на том, что доказательства недостаточно вески. А если, господа, это все же правда, если безумец и садист подверг человека такой пытке с целью ввести вас в заблуждение и обременить вашу совесть смертью невиновного?. . У меня имеется заявление врача Бастилии, сделанное через несколько дней после страшной процедуры…

Дегре срывающимся голосом прочитал заключение некоего Малентона, врача при Бастилии, в котором говорилось, что, будучи вызван в камеру заключенного, имени которого он не знает, но помнит, что лицо его было обезображено большими шрамами, он обнаружил на теле больного множество воспалившихся ранок, которые явились, судя по всему, следствием глубоких уколов булавкой.

И в полной тишине, наступившей после прочтения этого документа, адвокат медленно, чеканя каждое слово, сказал:

– А теперь, господа, наступило время выслушать великий голос, чьим недостойным рупором я являюсь, тот голос, что всегда оставался в стороне от всей человеческой низости и, неся свою правду верующим, всегда старался сохранить благоразумие.

Наступило время мне, смиренному клерку, предоставить слово церкви. Вот что она говорит вам.

Дегре развернул большой лист бумаги и стал читать.

– «В ночь на 25 декабря сего 1660 года в тюрьме парижского Дворца правосудия была совершена процедура изгнания беса над господином Жоффреем де Пейраком де Моран, обвиненным в сговоре и сношениях с сатаной.