Убийство городов
– Дима, посмотри, какая я некрасивая.
Он обнимал ее, и она тихо плакала у него в объятьях.
Казак с калмыкским лицом покинул комнатушку. Подполковник Новицкий подсел, наконец, к Кольчугину.
– На чем мы остановились, Дмитрий Федорович?
– Прошу тебя, Игорь, направь меня в Новороссию.
– Рискованное дело, Дмитрий Федорович. Прямого пути нет. Проселки, тропы. Возможны засады. Украинцы перекрывают проходы.
– И там, в Луганске, Донецке, нет условий. Плохо с водой, электричеством.
– Мы с тобой жили в кунге. А это не пятизвездный отель.
– Обстреливают.
– Об этих обстрелах расскажу в моей книге.
– Вы человек видный, известный. За вами будут охотиться. Трудно обеспечить безопасность.
– Безопасность бывает только на кладбище.
Подполковник Новицкий посмотрел на Кольчугина долгим взглядом, каким смотрят на огонь или текущую воду.
– Хорошо, Дмитрий Федорович. Подождите несколько дней. Я свяжусь с Ростовом. Узнаю, когда группа добровольцев пересекает границу. Вас там примут.
– А помните, Дмитрий Федорович, в Ханкале мы встретили бойцов спецназа, которые летели на задание? У одного на спине была надпись. «Нам нужен мир. Весь мир».
– Должно быть, он был писатель.
Они обнялись, и Кольчугин покинул комнату.
Дома он сидел в саду, глядя на рябину. Гроздья начинали краснеть. Резные листья светились тихим серебром. Это светилась жена, поселившаяся в дереве. Кольчугин подошел к рябине. Отщипнул ягоду и положил в рот. Вкус был горький, печальный, как поцелуй жены.
К нему в гости приехали дети, внуки, зять.
Дочь Вера в вольном голубом сарафане, темноглазая, с сочными малиновыми губами, напоминала Кольчугину покойную жену. Накрывала стол в саду. На яблонях обильно висели яблоки, и ветки под их тяжестью начинали клониться. Сын Юрий в элегантном летнем пиджаке, с красивой бородкой, отдаленно, своим высоким лбом и бородкой напоминая одного из дедов Кольчугина, открывал бутылку вина.

















