Усадьба ожившего мрака

 – Мне нужно…

– Тише, детка… – Он тоже больше не говорил вслух. С Танюшкой сейчас можно было общаться, как с Костяной башкой. – Ничего не говори. Послушай меня. Это очень важно, Танюша. От этого зависит твоя жизнь.

За спиной Григория послышался шорох, это один их часовых все-таки решился посмотреть, чем он занимается, как движутся дела. Григорий обернулся, испуганно прижал ладонь к груди, заполошно охнул, демонстрируя свой страх. Часовой небрежно ткнул его прикладом в плечо, кивнул на лежащие на столике замки.

– Д-да уже почти… – забормотал Григорий, подобострастно улыбаясь. – Вот с-сейчас п-примерочку закончу и все…

Часовой брезгливо поморщился, отступил к двери. Отступал спиной, не сводя взгляда со стеклянного гроба. Григорий тоже посмотрел. Танюшка лежала ни живая, ни мертвая. Костяная башка испарился. Вот и хорошо. Молодцы – ребятки.

– Таня, ты меня слышишь? – спросил Григорий мысленно, когда фриц вернулся на свое место.

Ему никто не ответил. И Костяная башка не объявился. Оставалось надеяться, что Танюшка поняла его план. Поняла и приняла. Оставалось надеяться, что и сам он не оплошает. Ведь план его вот прямо сейчас, в эту самую секунду претерпел изменение. Девочке нужно было помочь. И кажется, Григорий понял, что для этого нужно.

Приладив на железных стяжках замки, он подошел к двери лаборатории, помахал рукой прямо перед стоящим у порога часовым.

– Г-готово! – сказал громко, словно разговаривал с глухим. – Г-готово, г-говорю! К-ключей только нету! З-зовите господина Ш-штольца. П-пусть п-принимает работу!

Из всего сказанного фрицы, скорее всего, поняли только фамилию, но этого было достаточно. Они молча переглянулись и тот, что стоял ближе к запертой двери, двинулся вверх по лестнице. Второй многозначительно направил дуло автомата на Григория, и он испуганно попятился.

Первый часовой вернулся быстро, ни говоря ни слова, встал у двери. Потянулись долгие минуты ожидания. Тяжелые шаги Штольца Григорий услышал еще задолго до того, как увидел носки его до блеска начищенных сапог. Услышал, но вида на подал. Наоборот, испуганно вздрогнул и отступил в глубь камеры, когда Штольц появился на пороге. Выглядел Штольц расслабленным, от него пахло алкоголем и уже знакомыми Григорию сладковатыми духами. Значит, Стелла тоже на месте.

– Что? – спросил он, глядя поверх плеча Григория на стянутый железными скобами стеклянный ящик.

– Г-готово, господин Ш-штольц. С-сделал все в л-лучшем виде. – Григорий бормотал и пятился к шкафчику с лекарствами, увлекая фрица за собой.

Это был не первый его опыт, но он все равно мог оказаться провальным. Поэтому Григорий сильно рассчитывал на свой фирменный фарт.