Венец карьеры пахана

— Все они привезены из разных мест. Честно говоря, некоторые из них я и сам вижу впервые, — признался Журавлев. — Хотя за свою жизнь я повидал камней немало, — при этих словах губы опера разошлись в улыбке. Наклонившись, он поднял один из голубоватых камушков и спросил: — Знаешь, что это за камень?

— Верно, трудно… Слишком необычен цвет. Это голубой изумруд. Он из Колумбии. Значит, у покойника с Латинской Америкой были налажены деловые связи. — Усмехнувшись, майор сказал: — А может, он в Колумбии прииск имел?

Лейтенант вяло оскалился, восприняв сказанное, как шутку.

— А ты зря улыбаешься, — очень серьезно отреагировал майор. — Я с полгода назад одного драгоценщика брал в Екатеринбурге, так он владел несколькими изумрудными рудниками в Африке. — Так что в наше время все возможно. — Повернувшись к женщине, скорбно вытиравшей платком глаза, Журавлев спросил: — У Егора Васильевича в доме есть подвал?

— А как же без подвала-то, он, сердешный, очень соленые огурчики любил, — плаксиво проговорила женщина, готовая разрыдаться. — Сам их солил, по какому-то старинному рецепту. Никому засолку не доверял. Махонькие такие с огорода подбирал, один к одному, — неожиданно просветлело ее лицо. — Как откусит, так…

— А где находится этот подвал, вы не могли бы сказать? — прервал ее воспоминания Журавлев.

— А вы на нем как раз стоите, — озадаченно указала женщина. — Откиньте половичок и увидите там кольцо. Только тяните посильнее, крышка тяжелая. Да и разбухла в последний месяц, а Егору-то все времени не хватало ее починить, — плаксиво сказала она, готовая вновь уткнуться лицом в платок.

Журавлев небрежно отпихнул носком половик. Действительно, вот крышка подвала. Потянув за кольцо, он не без усилия открыл ее. Взор натолкнулся на неприветливую темноту, из глубины которой неприятно потянуло сыростью и плесенью.

— А вы на две ступеньки спуститесь, — оживилась женщина. — И с правой стороны выключатель будет.

— Спускайтесь за мной! — кивнул майор.

— Куда же это я с вами-то полезу? — запротестовала тетка. — Пусть молодежь лезет, — и вновь уткнувшись лицом в платок, добавила: — А я уж с Васильевичем побуду.

— Ну, чего стоишь? — прикрикнул Журавлев на застывшего Никиту. — Полезай за мной!

Журавлев начал спускаться в подвал. Ступеньки капризно поскрипывали.

Где же этот чертов выключатель? Ага, вот он!

Майор повернул рычажок. Под потолком тусклым желтоватым светом вспыхнула лампа. Журавлев спустился еще на две ступени. Где-то в углу пискнула крыса. «Никуда от этих тварей не денешься!» — брезгливо поморщился майор.

А это еще что за дела?

На длинной жердочке, пристроенной от одной стены до другой, висели золотые цепочки разной длины и разного плетения. Их было много, несколько десятков, на любой вкус.