Верные враги
И, медленно вытянув руку из-за пазухи эльфийского камзола, подставил свету отполированный до блеска не то корень, не то бугорчатый отрезок ветки длиной с ладонь, испещренный паутинкой жилок-рун, по которым биениями сердца пробегали темно-синие сполохи. Объяснять, что это такое, никому не понадобилось.
На сей раз непомерное эльфийское самомнение сыграло нам на руку. К моему несказанному облегчению, доказывать, что это не мы незаметно пронесли жезл в Град и подбросили его покойнику, не пришлось. Никто из Верховной Семерки не усомнился, что жезл похитил именно помощник мага: больше ни у кого — за исключением разве что Морриэля или Делирны — не хватило бы сил укрывать его от магического поиска, ежедневно предпринимаемого совместными усилиями эльфийских чародеев.
Колдун, хоть и скептически кривил губы при этих презрительных разглагольствованиях, разубеждать эльфов не стал.
Морриэль по-прежнему не спускал с меня глаз, но вроде бы молчал. Кажется, помощник и в самом деле изрядно ему насолил, заставив признать, что от оборотней тоже порой бывает толк. Вид у эльфа был довольный донельзя. Еще бы: Ллиотарэль, потрясенный предательством своего лучшего советника и собутыльника, лебезил перед вышедшим из опалы Морриэлем, словно это маг был Правителем Града. Тот и оттягивался по полной, через каждое слово вставляя: «Я же говорил», «А я еще тогда предостерегал Вашу Лучезарность» и смиренно-укоризненные вздохи.
Эльфийские чародеи тщательно освидетельствовали жезл и пришли к выводу, что артефакт находится в добром здравии и готов продолжать свою плодородную деятельность. Что он тут же и доказал, по велению Морриэля вырастив прямо посреди тронного зала здоровенную ель, сверху донизу обвешанную шишками. На кой им здесь сие хвойное, эльфы задумались, только вдоволь нарадовавшись его появлению. А, ничего, как-нибудь спилят, главное — жезл нашелся!
Зато пропало несколько эльфов, ближайших сподвижников Ассариэля.
















