Весь Гарднер в одном томе

Мейсон улыбнулся ему своими спокойными, усталыми глазами:

— Другими словами, ты слышал комментарии, что я запорол защиту и обвинение меня полностью растоптало, не так ли?

Эверли страшно покраснел и, задыхаясь, воскликнул:

— Я не говорил ничего подобного, мистер Мейсон!

— Ты когда-нибудь слышал байку о человеке, который подал иск в суд на соседа, заявляя, что соседская собака его укусила? — ласковым тоном спросил Мейсон. — В ответ сосед сообщил, что собака не злая, что она не кусала подавшего иск и что у него вообще никогда не было собаки.

— Да, этот анекдот — классика на юрфаке.

— В этом анекдоте защита вызывает смех, потому что охватывает слишком большую территорию. Запомни, что в случае сомнительного дела лучше пытаться иметь две тетивы в луке. Но если у тебя две тетивы, ты, увеличивая надежность, снижаешь эффективность оружия. Тетива не порвется, но стрела пролетит только одну четверть расстояния, которое она пролетела бы с одной тетивой.

— Вы хотите сказать, что жертвуете всем, чтобы сосредоточиться на каком-то одном моменте? — спросил Эверли.

— Да, — кивнул Мейсон. — Невиновность Фрэнсис и Роба Глиасона фактически показана свидетельствами, представленными к настоящему времени.

Виновность обвиняемых просто не может быть доказана вне всяких разумных, обоснованных сомнений. Но я хочу, чтобы в головы присяжных засели не только разумные основания для сомнения. Я обязан полностью решить дело.

Фрэнк Эверли смотрел на Мейсона широко раскрытыми от удивления глазами.

— Боже мой! — воскликнул он. — Я думал, что представленные сегодня доказательства окончательно решили вопрос виновности Фрэнсис Челейн и Роба Глиасона. Я считал, что если мы не сломаем показания некоторых из этих свидетелей, то можем ждать только вердикта виновности в убийстве первой степени.

Мейсон устало покачал головой:

— Нет, упор в этом процессе уже сделан — тот, что мне требовался. Теперь мне нужно вбить это в головы присяжных так драматично, чтобы они все время помнили о том, что я хочу. И не забывай: я так потрепал Клода Драмма, что он на грани паники. Он понимает, что я приготовил козырной туз, иначе не представлял бы ему столько благоприятных возможностей.

— Присяжные нам совсем не симпатизируют, — заметил Эверли.

— Я только не понимаю, как вы собираетесь его остановить? — недоумевал Эверли.

— Я не собираюсь его останавливать, — улыбнулся Мейсон. — Я намерен преградить ему путь.

В кабинет вошла Делла Стрит.

— В приемной сидит мистер Дрейк. Он говорит, что у него важное дело, — сообщила она.

Мейсон улыбнулся ей:

— Ему придется минутку подождать. Мне надо кое-что объяснить Фрэнку.

Делла Стрит нежно посмотрела на адвоката:

— Я помню, как однажды попросила тебя кое-что объяснить мне.