Весь Гарднер в одном томе

— Боже мой, — простонала она.

— Ну, так что? Вы заснули вчера вечером?

— Это решит дело? — спросила она, не сводя с адвоката глаз.

— Не знаю. Решит в том, что касается меня. Но я не могу гарантировать того, что кто-нибудь не вытащит этого дела в Джорджии.

— Хорошо. Я заснула.

Мейсон поднялся и направился к двери.

— Только помните, — предупредил он. — Никто об этом не знает, за исключением меня. Но если вы скажете Локку о том, что я здесь был, то уж я постараюсь, чтобы вы получили все, что заработали.

— Не будьте смешным. Я умею проигрывать.

Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

Внизу он сел в машину и поехал в ломбард Сола Стейнбурга.

Стейнбург был полный мужчина, в маленькой старомодной шапочке, с искрящимися юмором глазами и толстыми губами, постоянно растянутыми в улыбке. Он аж засиял при виде Мейсона.

— Ну-ну, давненько я тебя не видел, Перри.

— Да, Сол, все дела, — Мейсон пожал ему руку. — У меня неприятности.

Владелец ломбарда покивал головой, потер руки.

— Когда у кого-то неприятности, то он приходит к Солу Стейнбургу. Что у тебя стряслось, дружище?

— Я хочу, чтобы ты сделал кое-что для меня.

— Я для тебя все сделаю, ты же знаешь! Конечно, дело есть дело. Если это дело, то ты должен подойти к этому как к делу, и мы поторгуемся. А если это не дело, то ты знаешь, что я для тебя все сделаю.

— Это для тебя будет неплохой бизнес, Сол. Ты заработаешь пятьдесят долларов, ничего не вкладывая.

— Такой бизнес я люблю, — рассмеялся толстяк. — Когда я не должен ничего вкладывать, а в кармане уже имею пятьдесят долларов, то такой бизнес я понимаю, это супербизнес. Что я должен сделать?

— Покажи мне реестр проданного оружия, — потребовал Мейсон.

Торговец достал из-под прилавка очень замусоленную книгу, в которой записывал тип и номер проданного оружия, а также имя покупателя. Мейсон переворачивал листы, пока не наткнулся на «кольт» восьмого калибра.

— Этот, — сказал он.

Стейнбург наклонился над книгой и посмотрел на запись.

— Что с этим должно быть?

— Я заскочу сюда с одним человеком, может быть, еще сегодня, а может быть, завтра. Как только ты его увидишь, то сразу же начнешь энергично кивать головой и говорить: «Это он, тот самый». Тогда я спрошу, уверен ли ты, что это тот человек, а ты будешь с каждой минутой все увереннее.

Он будет возражать, и чем больше он будет возражать, тем настойчивее ты будешь стоять на своем.

— Это опасная игра, — заметил Стейнбург.

— Была бы опасной, если бы ты давал показания в суде, — заявил Мейсон. — Но ты не будешь давать показания под присягой. Ты не должен говорить этого никому, кроме этого человека. Ты только сделаешь вид, что узнал его, после чего выйдешь в комнату за магазином и оставишь меня с реестром оружия.