Волчье кладбище

– Разве? Ещё вчера ты меня покупала.

– Считай, что сделка не состоялась.

– Тогда мне следует вернуть аванс. Обед за мой счёт.

Агата драматично хмурилась.

– Брось, вчера мы не так уж чтобы много времени провели вместе. Нельзя узнать человека, не отобедав с ним.

– Когда бог создавал время, он создал его достаточно. Так у них в Ирландии говорят, – изрекла Агата и тяжко вздохнула. – Этой лисоньке вчера всего хватило.

– Я в бешенстве! Глядите, блузку задом наперёд надела, так летела за ними!

Летела, да не на пределе – вон, бюстгальтер-то успела нацепить.

– И? – говорю. – Догнала?

– Да куда там! Он в такую рань явился, врасплох застал! Пригласил на прогулку Шивон, а я не готова была, понимаете? Нужно было волосы причесать, божью тварь покормить. Шивон, узнала я, не расчёсывает волосы гребнем. Выпорхнула с этим хлюстом растрёпанная, как мотылёк на пламя. Я их искала везде!

Агата покачала головой.

– Я её предупреждала – в лес ни ногой!

– Ну, так она и пошла туда, где ты нашаривать не станешь.

– Не слушай его, – сказал Адам с привычной своей флегмой. – Эти паломники всегда нам портили жизни.

– А как же поэты и «безумству храбрых…» и всё такое прочее? Да если бы не мы, вам, грамотеям, не из чего библиотеки собирать было бы.

– О каком безумстве ты говоришь, Макс? Ей Тео, помнишь, чего наобещал? – вскипела Агата. – Я говорила, она не искушена. Поверила первому в жизни проходимцу!

– Иллюзии и надежды твоей сестры рано или поздно обратятся в дым. Не Тео, так будет ещё кто-то. Я считаю, обжигаться нужно, и чем раньше, тем лучше. Режь пуповину.

– Нужно. Только побег всё ещё на твоей совести, – уличил меня Адам в побеге свиней в посев.

В душевой после игры не нравиться стало сильнее. Тео принимал ставки по фунту.

– А деньги, – объявил он, – пойдут на благотворительность. Моему другу Джо я куплю здоровенный кусок сала – пятки мазать!

Шелест воды разбавлялся привычным гоготом.

Я спросил у Питера, на что спорили.

– Что до выходных ваша подруга ирландская к Тео в койку прыгнет.

– Я боб дал, что не прыгнет, – улыбнулся Питер.

– Очень благородно с твоей стороны.

Добравшись до вещей, я достал из кармана брюк коробочку с павлином и подошёл к Тео.

– Держи. Вместо фунта.

Тео взглянул на упаковку.

– Тотализатор только деньги принимает.

– Не хочу потом брать твои деньги. Просто вернёшь резину в понедельник, – говорю. – За ненадобностью.

Кто-то из парней свистнул.

Мы сверлили друг друга глазами, у обоих с лохм капала вода. Тео держался напряжённо с дебильной своей ухмылкой, но в итоге расслабился.

– Гарфилд, с тобой шутки плохи. Давай своих павлинов.

Я сунул коробок в шакалью пятерню и сказал:

– Вначале дорасти до них.

Улыбка на лице Тео сменилась гримасой ненависти. Сыпались комментарии под общее гиканье.