Всё равно растаешь, принцесса

Отец послал тебя со мной, чтобы ты обрубил для Нагарда все возможные торговые связи с Босварией?

− Не понимаю, о чём ты, − отступает кузен, трезвея.

− Понимаешь. Акробаты упали не сами по себе.

− Но ты же спас их. Показал этим напыщенным Сэйнарам, что такое заклинатель, − фыркает Хорлик. — И перед девчонкой своей покрасовался.

− То есть, ты устроил это специально? — смотрю на него в упор.

− Нет… это случайно. Потоки вырвались, − скрипит зубами кузен.

− Смотри, а то у меня тоже… вырвутся. Как вчера со Свэном, − обещаю многозначительно. Ухмыляюсь зловеще: — Ну или в море на обратном пути. Знаешь, мне там бывает довольно сложно удержать контроль над стихией. Всякое может случиться. Лучше не доводи.

− Я понял, Ян. Буду держать себя в руках.

Хорлик, проблеяв ещё что-то примирительное, поспешно уходит, уводя свою свору.

Удовлетворённо хмыкнув, отворачиваюсь обратно к коню. Но при этом, тянусь сознанием к стихийным потокам и дёргаю несколько ниточек, заставляя жидкости в организмах четверых болванов в срочном порядке вывести всё лишнее.

Спустя минут до меня доносится громкая ругань на родном нагардском, заметно улучшая мне настроение. Но я уже еду вслед за моей Льдинкой и её родственниками, намереваясь продолжить свою увлекательную охоту.

Догнать их компанию мне удаётся уже практически у дворца принца Корима.

Подъезжая к паланкину Софи, снова замечаю обращённый на меня внимательный взгляд Тайрэна. Заметив шкатулку в моей руке, сейнарский принц с пониманием усмехается. Кивает, демонстрируя, что понял мои намерения и не имеет ничего против такого дара его сестре. И молча поворачивается к своей супруге, которая как раз что-то ему говорит.

Я же, поравнявшись с носилками моей Льдинки, ловлю себя на том, что предвкушающе ухмыляюсь, предчувствуя нашу новую схватку. Пока что, только словесную. Но как подумаю, какой страстной эта колючая крошка может оказаться в постели, если умело её разжечь, научить всему… кровь во мне вскипает мгновенно, делая верховую поездку весьма дискомфортной физически.

М-да. Давно меня никто так не будоражил.

− Льдинка, позволишь сделать тебе подарок? — склонившись, заглядываю в паланкин.

Софи уже явно заметила моё присутствие. Потому что слишком уж старательно делает вид, что не смотрит в мою сторону.

И снова меня безумно бесят эти босварийские тряпки, не позволяющие видеть её красивое личико. И волосы. И всё остальное.

− Не думаю, что это уместно, − снова этот сухой, деланно равнодушный тон. − Подарки обычно обязывают. А я…

− А ты не желаешь быть мне ничем обязанной, − хмыкаю. Сделаю вид, что не заметил быстрого любопытного взгляда на шкатулку в моих руках. — Но дело в том, что это не просто подарок. Я хочу извиниться за то, что испугал тебя вчера.