Всё равно растаешь, принцесса

Само собой, от Янгмара не укрылась моя реакция, отчего к его эмоциям прибавилось ещё несколько мрачных тональностей, делая их совершенно невыносимыми для меня.

В общем разошлись мы не с самыми лучшими чувствами. У меня даже голова разболелась, пришлось у мамы просить снять боль.

Но всё же я решила поговорить с ним вечером на балу. Спросить, почему ярг решил, что нам судьбой суждено быть вместе. А он взял и опять не пришёл.

И вот наступил последний день празднования. Завтра утром мы уже всей семьёй вернёмся домой.

Моя близняшка снова сидит в своей комнате хмурая, как сыч, и делает вид, что читает. Наверное, потому что вчера Азим опять танцевал с ларидийкой, и делал вид, что Ники для него существует.

Равнодушие у него получилось изобразить очень правдоподобно. Даже я поверила. Пока не позволила себе сжульничать и не прочла эмоции босварийского принца, когда он оказался поблизости.

Хм. Похоже, кое-кто решил изменить тактику. И это, как ни странно работает. Моя сестренка буквально места себе не находит. Злится. Скучает. Ревнует. Снова злится… скучает… сомневается… ревнует… И так по кругу. И вряд ли теперь она сможет сказать, что равнодушна к Азиму.

Я, конечно, не испытываю такого сокрушительно шквала эмоций. Но тоже слегка выбита из колеи странным поведением уже другого мужчины.

Вот как мне понимать всё происходящее? Сначала он мне проходу не давал, намекал, что мы друг другу судьбой предназначены. Даже меня заставил об этом задуматься своим напором. А теперь практически избегает.

Эти мужчины какие-то непостижимые. Даже читая их эмоции, невозможно понять, что творится в этих твердолобых головах.

Впрочем… о чём я переживаю? Поведение колдуна служит самым лучшим доказательством того, что нам действительно не по пути. Наверное, он внял моим аргументам и решил отступиться. Значит и мне не стоит больше ломать над этим голову.

Сигнал почтового футляра застаёт меня в том самом дворике, который мы с Ники уже так облюбовали. Отставив чашку чаю, я поспешно отстёгиваю артефакт от пояса и отвинчиваю крышку. На ладонь выпадает записка, свёрнутая в трубочку.

Достав из паза на футляре тонкий грифель, я пишу ответ:

Через пару минут уже получаю ответ:

Только меня? Ещё более странно.

Поднявшись с кресла, я пристёгиваю футляр обратно и захожу через занавешенные двери в гостиную. Глянув в зеркало, поправляю причёску, разглаживаю юбки. Закусив губу, пару секунд размышляю, не переодеться ли в что-то более нарядное, чем простое голубое платье, но прихожу к выводу, что это лишнее.

− Куда-то собираешься? — показывается из своей спальни Николь. Бледная немного. Опять, наверное, плохо спала.

− Да, − киваю. − Мама написала, попросила зайти. Они с отцом хотят что-то со мной обсудить.