Всё равно растаешь, принцесса

− С кем это ты успела поцеловаться? — приходит черёд сестры удивляться.

− С Янгмаром, − смущаюсь ещё больше — Он застал меня врасплох. Но подожди. Что за письмо? Зачем Адаль тебе пишет постоянно?

− Сама не знаю, − Ники грустно вздыхает.

А дальше делится тем, как злилась сначала на Азима. И о своей не самом благоразумной идее с этими письмами рассказывает. И о своей растерянности после их горячей встречи в саду… и наконец о том, как они разругались в пух и прах. И что Азим теперь очень зол и оскорблён её поведением.

− Тебя это ужасно расстраивает, − произношу я после тягостной паузы, тщательно выверяя слова. — Ты все эти дни проходила грустная. И ревнуешь его к этой княжне. Значит ли это… что Азим всё-таки тебе нравится? Ты готова это признать?

− Ты именно этого от меня добиваешься? Моего признания? — с преувеличенным, каким-то обречённым возмущением восклицает сестра. — Хорошо. Да. Я к нему неравнодушна. Довольна? Только какая уже разница? Я всё разрушила.

Вот оно. Наконец-то! Она признала.

А теперь нужно подтолкнуть мою решительную боевую близняшку к тому, что ей лучше всего удаётся. К действию.

− И что? Ты возьмёшь и просто оставишь всё как есть? — прищуриваюсь.

− А что я могу? Он не хочет со мной разговаривать.

Я уже собираюсь предложить ей вариант с запиской. У меня ведь есть возможность отправить ему напрямую. Но Ники меня опережает.

− Софи, я знаю, что наглею, − делает умоляющие глаза, перед которыми я не в силах устоять. − И вообще не имею права просить тебя о таком… Но ты не могла бы помочь мне встретиться с Азимом? Напиши ему, что тебе нужна его помощь, или совет, или ещё что-то. Тебе он не откажет. А вместо тебя приду я. И уже нормально с ним объяснюсь. Пожалуйста. Это очень для меня важно.

− А почему ты сама ему не напишешь? — не могу скрыть удивления.

− Он мне откажет, − слышу совершенно несоответствующий действительности ответ. Ну да. Конечно. Не представляю, что должно произойти, чтобы Азим отказался с ней встретиться.

О чём и заявляю прямо. Как и о том, что, конечно же, помогу.

За что меня чуть не душат в радостных объятиях, оглушая восторженным визгом.

− Спасибо тебе! Спасибо! Спасибо! Теперь нужно найти способ написать ему лично. Может у Рамины попросить завтра утром, или у Камэли, если удастся с ней пообщаться…

− Не нужно. Я знаю связующую формулу его личного почтового футляра, − признаюсь, без задней мысли.

− Откуда? — тут же настораживается Ники. И голос становится такой… ревнивый. Мне даже эмоции её читать не нужно, чтобы понять, как я зацепила её этим признанием.

− Просто попросила у него, − сообщаю уже более осторожно. — На всякий случай.

Лучше пусть думает, что я такая… непосредственная, чем предполагает какой-то несуществующий интерес ко мне Азима.