Вторая половина олигарха

– Абсолютно никакого риска! Во-первых, я загримировалась под жгучую брюнетку, во-вторых… Ну, скажи, дед, разве люди такого уровня, как господин Золотов, замечают рядом с собой каких-то там санитарок? А мне нужно было убедиться самой…

– Куража захотелось? Драйва? Любишь нервишки себе пощекотать?

Конечно, Ариша не мог упустить возможность поворчать по поводу моего легкомысленного, как он считал, поступка. Но деду не суждено было насладиться этим в полной мере: раздался звонок моего мобильника. Я увидела на экране золотовский номер и подмигнула деду:

– Долго жить будет, стервец…

– Алло? – сказала я в трубку.

– Игоревна, это Корнил Борисович говорит…

А он себя любит! Называет не иначе как по имени-отчеству. И не смотри, что молодой. Ну, что ж, посмотрим, что нам поведает новоиспеченный вдовец.

– Да, Корнил Борисович, слушаю вас внимательно.

– Игоревна, ты это… Завтра у нас пятница… Ты не приходи пока к детям.

– А что случилось? Почему не приходить? Вообще-то занятия языком надо проводить регулярно…

– Не приходи, говорю! Горе у нас: умерла моя жена.

– Как умерла?! Боже мой! Какое несчастье! Корнил Борисович! Примите мои соболезнования…

– Да, да, ладно… Принял. Так что ты того… пока не приходи, я позвоню потом, после похорон…

– Конечно, конечно. Какое несчастье!.. Бедные дети…

В трубке раздались гудки.

А он не слишком-то убит горем. Голос нормальный, я бы даже сказала, почти обыденный. А как сказал? «Умерла моя жена». Не уточнил, что бывшая. Зря вот только я не спросила, когда похороны. Но это в общем-то легко узнать.

– Что сказал тебе Золотов, Полетт?

– Сказал, чтобы я пока не являлась пред его ясны очи. Горе у него.

– Похоже, только ранен, да и то слегка. Голос спокойный, даже чересчур спокойный для такого события.

– На похороны пригласил?

– Нет. Кто я ему? Виделись всего три раза!

– Но на похороны ты, конечно же, пойдешь?

– И не одна. Мы с покойницей пойдем. Пусть полюбуется, как хоронит ее бывший супруг, как убивается на могиле от горя.

– Полетт, я, конечно, не льщу себе тем, что мне удастся отговорить тебя от этой затеи…

– Правильно делаешь, дедуля.

Ариша вздохнул, поворчал немного для порядка, потом сказался уставшим и пошел наверх, в свою комнату. В кухне я осталась одна.

Я взяла «серый» мобильник, номер которого у Золотова не определялся, поэтому могла говорить смело.

– Господин Золотов? Это из похоронного бюро звонят, – доложила я измененным голосом, – скажите, если мы венки завтра к двум подвезем, это вас устроит?

– Да вы что там, офонарели совсем? – взревел Золотов.