Выстрел мимо цели

– Ты должна довериться мне, Джойс, – отвечает Элизабет. – Мы же лучшие подруги.

– Больше нет, – продолжает Джойс.

Она отворачивается от Элизабет. Элизабет удивлена тем, насколько сильно это ранило Джойс, но понимает ее чувства.

Виктор идет в ванную, Элизабет следует за ним, не опуская пистолета.

– Только без резких движений, Виктор. Давай просто с этим покончим.

– У тебя последний шанс передумать. Ты понимаешь, что я любил тебя, Элизабет? – спрашивает Виктор.

– И куда нас привела эта любовь? – вопрошает Элизабет, выходя вслед за Виктором из комнаты. – К поездкам в кузове фургона в связанном состоянии? Нет уж, один выстрел в пентхаусе – и конец любви.

Виктор открывает дверь в ванную. Теперь его голос становится громким, умоляющим.

– Пожалуйста, позволь повернуться, и мы…

Элизабет нажимает на спусковой крючок.

Истина в том, что в тюрьме вы просто-напросто не получаете достаточного количества витамина D, и это, по мнению Конни Джонсон, противоречит ее правам человека.

Конни была за границей всего дважды в жизни. Один раз – со школьным классом в Дьепп, и ее тогда укачало на пароме, а позже учитель географии пытался поцеловать ее за гипермаркетом. А другой – когда ее в багажнике «БМВ» повезли в Амстердам два брата-ливерпульца, с которыми у нее возникли разногласия. Естественно, братья из Ливерпуля и учитель географии вскоре об этом пожалели.

В любом случае рано или поздно она отсюда выберется. Солнечный свет на лицо, пистолет за пояс и спортивный зал с тренажером для пилатеса. Многого ей и не нужно.

Пройдя пост охраны и оказавшись в крыле «Д», Конни думает об Ибрагиме, этом мудром старом филине. В целом у Конни нет позитивного опыта общения с авторитетными людьми, указывающими ей, что она должна и чего не должна делать. Но Ибрагим, с его замечательными костюмами и добрыми глазами! Впервые в жизни у нее не возникает впечатления, что ее отчитывают.

Конни проходит мимо камеры, поливаемой из шланга высокого давления. Она обходит брызги стороной, поскольку одета в замшу, а тюремная прачечная способна далеко не на все, сколько бы марихуаны вы ни заносили для них контрабандой.

На самом деле Конни никогда и ни с кем не разговаривала так, как разговаривает с Ибрагимом. Что это вообще такое? Может, честность? Конни способна быть очень разной – в зависимости от настроения. Она носит маски для разного рода случаев: когда хочет напугать кого-то, переспать с кем-нибудь или вынудить тюремного надзирателя принести ей еду из Nando’s.