Загадки старинных кладов

Пропавшие ценности императора

Семья Николая II (последнего русского императора) увезла в 1918 г. все свои ценности в сибирское изгнание, в Тобольск, где большая часть их и осталась после того, как семью самодержца большевики этапировали в Екатеринбург. И остались они не просто так, а были очень изобретательно похищены не у владельцев, естественно, а у тех, кто сам мечтал их "реквизировать".

Данный запрос относился к делу, связанному с поисками сокровищ, принадлежавших царской семье. Это почти 500-страничное дело никак непохоже на законченную следственную разработку: сброшюрованные в беспорядке постановления об аресте, обрывки донесений, служебная переписка, масса протоколов, написанные в основном от руки и зачастую карандашом. Вот и по этому делу видно, что расследование двигалось с большими трудностями. И тем не менее в сентябре 1933 г. были проведены первые допросы подозреваемых, а 20 ноября часть сокровищ была уже найдена. Надо полагать, в предыдущие годы агентура чекистов времени даром не теряла, и тома данного дела — итог их тайной деятельности.

Так, например, женщина-осведомитель по кличке Литва выявила в Тобольске камеристку знаменитой фрейлины Насти Гендриковой — Паулину Межанс, которая сообщила, что "у царской семьи было очень много бриллиантов и других ценностей, вывезенных из Петрограда". Межанс "хорошо видела корону Александры Федоровны, она была вся бриллиантовая… шпагу в золотой оправе, ручка которой из червонного золота". Сообщила, что и через кого выносилось. Хотя заметила не все, что хотелось, но на благочинную Марфу Ужинцеву указала абсолютно точно.

Шестидесятилетняя нищенка Марфа (по допросной книге "Неимущая") попыталась навести чекистов на ложный след: сверток, мол, передал ей царский камердинер Чемодуров, он самолично и зарывал. Содержимым Марфа не интересовалась, хотя понимала, что "какую-нибудь ерунду" Романовы не носили. Только вот камердинер давно помер… Марфа привела следователей на "приметное место", оказавшееся, конечно, пустым. Не сама ведь прятала, запамятовала… Не себя она спасала, а человека, который по ее вине мог пострадать от "супостатов".

Видя несговорчивость главного свидетеля, чекисты посадили "благочинную" в камеру и надавили сильнее. Через несколько дней Марфа дала дополнительные показания. Рассказала, что носила семье государя яйца, молоко, перезнакомилась с челядью, потому и доверил ей Чемодуров сверток, велел передать его игуменье перед тем, как увезли царя с царицей на погибель в Екатеринбург. Незадолго до собственного ареста и смерти та вновь отдала сверток Марфе, наказав хранить, пока не вернется "настоящая власть". Прятала она его в могилке на монастырском кладбище и 7 лет дрожала, как бы не украли.