Захват Московии

Ужин у ветеранов

Утро началось плохо. Вначале был крик. И был он из ванной. И был он:

— Хватит! Заебал уже! Сколько можно?! Хорошего понемножку!

Я вскочил, огляделся. Раскардак, кавардаш… Это Алка кричит! Я бросился к ванной, но она сама уже, полуголая, выломилась оттуда.

— Да заебал уже, махмурзан проклятый!.. Получил своё — нет, ещё хочет!.. Кончил дело — слезай с тела, тебе говорят!

В полуоткрытую дверь видна голая задница Стояна. Он что-то отвечает:

— Нача яр быти, прелюбодействен зело!

Я ногой прихлопнул дверь и увёл Алку в номер. Она сбрасывала мои руки, вырывалась:

— Пусти! Где моя юбка? Заебали уже! Ебитесь вы все сладким пирожком!

В этот момент позвонил телефон.

Незнакомый холодный мужской голос сказал:

— Вы, это, господин хороший, не знаю, гражданином какой якобы цивилизованной страны вы являетесь, но мне интересно, когда вы кончите дебоширить?

— Я не ширил… депо. Вы кто являетесь?

— Я являюсь главным менеджером этой гостиницы и отвечаю в ней за порядок. Уже в который раз мне сообщают… Это что же такое — такие концерты устраивать?.. Песни, пляски, «Интернационал» в три часа ночи!.

. Мы милицию вчера не вызвали, а жаль… Смотри у меня! Не то выгоню к едрене фене, на гражданство не посмотрю! — И веско добавил: — Понял-нет?..

Я опешил, стал заплетаться в лепете:

— Да, смотрю… Понял… Буду…

Злой голос не успокаивался:

— У вас есть третьи лица в номере?

— Не надо мутотень на плетень наводить: есть или нет?.. Номер вы для одного снимали, а не для блядей и педиков! Чтоб через полчаса никого не было, не то придёт милиция, у нас всё на видео заснято, все ваши художества… Смотри у меня, мудорез грёбаный! — еще раз пригрозил злой голос и — «ту-ту-ту…»

Алка, одеваясь, спросила:

— Не знаю, начальник… Говорит, чтоб трёх лиц не было…

— А как же они узнали? Тебя портье на лифте одного отвозил, а мы со Стояном на черную лестницу шмыгнули, побыли немного… никак выход найти не могли… а потом пришли…

Алка уже натянула блузку и (сообщив между делом, что она почистила зубы моей щёткой, я не в обиде?), сказала, что ничего особенного не было: добавили еще бутылку, болтали…

— И… куровались?.

. Путились?..

— Да было маленько… По малой… Ты, Фредя, слышь, я чего-то пакетик с травой найти не могу, он где-то тут должен быть… ты поищи… хорошая шмаль, жаль, если пропадёт… — Но меня сейчас куда больше волновало другое, на что Алка махнула рукой:

— Не бери в голову! Всё было ништяк.

Эй, Стоян, кабанчик, давай побыстрее — звонят уже, ехать надо! Сестра ждёт, она без меня выйти не может… И этому болвану болгарскому надо коробку шефу везти.

— Да, короб, кадка… А бабочки? Умерли, наверно? Без кормления? — Я замер от недоброго предчувствия.