Захват Московии

Нет, не цепляли… Не цепляка… А что? — Я решил ничего не говорить про свое горе.

— Да ничего, с нашивками и наклейками осторожнее…

— А у вас? Всюду? — указал я на его руку.

Он уставился на свой рукав, как будто первый раз его видел:

— Эти?.. А, нам всё равно! Реально засвечены! Может, и следят за нами… Цветные сейчас волю получили, шныряют и людей шнуруют только так… Хваталово идет, будь здоров!

Хваталова еще не хватало мне!.. И так вчера уже схватали!

Он не успел объяснить мне, кто эти цветастые и кого-что они шнуруют, — из ванной появился Исидор. Он был в каком-то странном френче с карманами, в какой был одет на фотографиях Сталин в учебнике фрау Фриш.

Приглаживая темные волосы и выжимая косичку, он огляделся.

— Что? Чайку? — Фрол замер, но в номере не было ни чайника, ни посуды, кроме двух стаканов, один из которых — в темных размывах от вчерашнего вина.

— Пили? — кивнул на стакан Исидор. — Портвейн?

— Нет, австралийское вино… из кенгуру… Кенгуровина…

— Кенгурятина, — поправил меня Фрол, с чем я согласился и сказал, что стараюсь алкоголь не пить.

Исидор понимающе кивнул, заплетая косичку:

— Мы тоже стараемся, но избежать нельзя.

Вот Фролушка иногда чудит, но ему можно — он в народном крыле секретарем, а там без этого — никак…

— А как же. Одно крыло — народное, другое — радикальное, третье — либеральное. Знаю, знаю, этих слов по-русски нету… — Он покосился на Фрола. — Думали еще дворянское крыло сделать, но решили, что не надо народ дразнить… Да и партии аристократов нигде нет, даже в Англии…

— А вот опять слово — аристократ! — заметил Фрол.

Исидор на секунды две воззрился на него с вызывающим презрением:

— А вот и нет! Это сложное слово, боец: ария — сто — крат! Стократный ария, значит, самый что ни на есть чистый ариец…

Я был удивлен этим объяснением и хотел даже возразить, что латинский суффикс «krathie» обозначает собирательное понятие, но Фрол пристыженно замолк:

— Ну, если так… — (И я тоже промолчал, решив их не задерживать.

)

— А если так, то с тебя пять долларов за неверное замечание! — процедил Исидор и обратился ко мне: — Мы, собственно, по делу. Даже по делам…

— Знаю, членов считаете, Фролочка сказал… Фро-лушко сказало…

— Это само собой.

К вам личное дело.

— Я взносы уже заплачивал…

Фрол подтвердил это сжиманием и так смятого в слои лба.

— Ну и хорошо. Значит, полноправный член нашей партии. Я, собственно, хочу предложить вам стать оберляйтером группы, ну… за три тысячи долларов…

— Нет, спасибо, не надо совсем!

Исидор немного обиженно покосился по сторонам:

— Почему же так категори… отрубно?… Это честь… Впрочем, как хотите. Нас интересует выход на Европу. Могли бы вы помочь нам наладить контакты с коллегами… то есть касания с содругами?..