Запутанная игра

Мэлис и Рэнсом трогают себя через штаны, и, хотя Виктор лучше собой владеет, я вижу в выражении его лица что-то очень похожее на желание.

Тишина затягивается на несколько долгих мгновений, и напряжение в воздухе становится почти непереносимым. Кажется, будто мои слова все еще висят между нами. Я не двигаюсь, едва дышу, ожидая, что же произойдет.

Наконец, Мэлис снимает напряжение, нарушая тишину.

Он сидит в большом кресле напротив дивана, выглядит почти как король на троне, и вздергивает подбородок.

Тон не такой резкий, как обычно, но все равно это приказ, и мое тело начинает двигаться еще до того, как я осознаю, что велю своим конечностям подчиниться ему.

Я встаю с дивана и делаю шаг к нему, но Мэлис качает головой. Его глаза, похожие на грозовые тучи, сверкают.

– Нет, – говорит он тихим голосом. – Ползи ко мне.

Желудок сжимается, а сердце замирает. Все мое тело инстинктивно реагирует на его слова. Я замираю на месте, не зная, как ответить. Я смущена этим приказом, и, наверное, мне следовало бы разозлиться. Я не собака, чтобы он приказывал мне ползать перед ним на четвереньках.

Но в то же время я не могу отрицать, что меня это заводит. Киска сжимается, влага просачивается в мои и без того влажные трусики, клитор сильно пульсирует, а по конечностям пробегает волна жара.

Чем грязнее ведут себя эти парни, тем больше мне это нравится, и я не понимаю, почему.

Мэлис просто ждет, проявляя больше терпения, чем я от него ожидала. Воздух в пространстве между всеми нами потрескивает от энергии, похожей на ту, что я однажды почувствовала, когда подошла слишком близко к оборванной линии электропередачи. Однако у меня возникает ощущение, что, если я скажу «нет», он не станет меня принуждать. Но еще мое «нет» заставит все это прекратиться. Мой отказ положит конец этому странному напряженному моменту между нами.

А этого мне не хочется.

Поэтому я медленно выполняю его команду, опускаюсь на четвереньки и ползу к тому месту, где он сидит. Мои штаны все еще расстегнуты, и я чувствую, как ткань скользит по чувствительной коже при каждом движении, а мои маленькие сиськи слегка покачиваются, пока я двигаю руками.

Когда я подползаю к нему, Мэлис наклоняется и хватает меня за волосы почти у самых корней, запуская в них пальцы. Держит так туго, что кожу головы покалывает. Затем он приподнимает мою голову, заставляя посмотреть на него. Его серые глаза горят, пока он изучает мое лицо, а затем Мэлис улыбается – и на его резких, диких чертах это выражение становится одновременно успокаивающим и пугающим.

– Твой сон был слишком скованным, учитывая все обстоятельства, – бормочет он. – Ничто, по сравнению с тем, что мы могли бы сделать с тобой в реальной жизни.

Я с трудом сглатываю, пальцы впиваются в прохладный пол.

– Да.