Зацепить 13-го

На прошлой неделе я не справился с фрустрацией и объявил всему столу одноклассников, чтоб они, на хер, заткнулись и что девчонке всего пятнадцать.

Им было фиолетово, что она только третьегодка, и меня парило то, что меня это парит, хотя не должно.

Полным-полно третьегодок кувыркались с парнями четвертого, пятого и, мать их, даже шестого года.

Ни в коем случае не со мной.

В отличие от остальных парней, которые легко задирали юбки малявкам, я четко сознавал возможные осложнения.

Мне более чем хватало лекций тренеров и рассказов бывших профессионалов о катастрофических последствиях интимных отношений с «неправильной» девчонкой.

Не скажу, что все эти годы я вел себя образцово, но я не переступал черту и не затаскивал в постель тех, кто младше меня.

Знаю, это были двойные стандарты, потому что с девицами старше себя я спал охотно, но, вашу мать, требовалось соблюдать меры предосторожности. У меня была мечта и четкое понимание, как ее необходимо достичь. Постельные забавы с малолетками были опасны.

Потому-то эта малолетка так меня и бесила.

В ту минуту, когда я увидел ее, в грудь что-то ударило.

Что-то незнакомое и обескураживающее.

И уже больше месяца меня по-прежнему крутило.

На дворе стоял февраль, а я был все так же одержим Шаннон «как река».

Меня это раздражало, и еще больше раздражала она сама — из-за того, что стала причиной моего раздрая.

Бессмыслица какая-то.

Девчонка-пигалица, кожа да кости. Никакого намека на грудь. Если честно, я даже сомневался, что она носит лифчик.

Но это не мешало мне искать ее в школьной толпе.

И не мешало смотреть на нее, когда находил.

И чем сильнее я старался выбросить ее из головы, тем настойчивее искал.

Пока не начал это делать на каждой гребаной перемене.

Иногда я замечал, что и она смотрит на меня.

Она всегда смотрела так, будто попала в слепящий свет фар, после чего наклоняла голову.

Я вполне признавал свою иррациональную реакцию на эту девчонку.

Закавыка в том, что я не мог совладать с собой.

Не мог выключить мозг.

Другой моей проблемой была Белла.

Я понимал, что должен что-то чувствовать по этому поводу: как-никак я зависал с ней почти восемь месяцев. Но не чувствовал ничего, кроме пустоты.

Живой связи между нами не было, и я устал от того, что меня используют.

Мы ведь не встречались с нею, чтобы поболтать, сходить в кино или что-то в этом роде.

Ничего удивительного, что нас не связывали никакие чувства и я вообще не интересовался полноценными отношениями с нею. Но поскольку шесть месяцев из восьми мой член провел внутри ее, я был совсем не против угостить ее ужином или сводить в киношку.

Я неоднократно предлагал ей, и она всякий раз отказывалась.