Зацепить 13-го

Та третьегодка, и ничего.

— Хьюи не дышит в затылок Академия, — равнодушным тоном ответил я, выходя вслед за Гибси. — Пирс О’Нилл меня вообще не заботит. Пусть путается с кем угодно.

— Да расслабься ты, — взмахнул руками Гибси. — Я лишь о том, что ничего страшного, если она тебе нравится.

— Если тебя тянет к симпатичной девчонке, это вполне естественно.

— Всем плевать, если ты позовешь ее на свидание.

— Я серьезно. Слезь с темы.

— Между прочим, она тоже на тебя пялится.

— Собственными глазами видел.

— Гибси, я сказал — заткнись.

— Да заткни же свой гребаный рот, Гибси!

— Пожалуйста, — хмуро пропыхтел он. — Больше ни слова.

Я стал мысленно считать секунды, прикидывая, сколько времени Гибси продержится с закрытым ртом. На восьмой его словесный понос возобновился:

— Как ты справляешься с эякуляцией?

Я резко повернулся к нему:

— Эякуляция, — невозмутимо повторил Гибси. — Ты полон внутренней фрустрации. Вот я и подумал: может, это как-то связано с членом? Ты ведь дрочишь? Я знаю, что ты вышел из строя на некоторое время, пока тебе шары пилили, но сейчас-то ты уже можешь кончить?

— Твою мать! — Я удивленно смотрел на него. — Мне не послышалось? Ты правда это сказал?

Он смотрел на меня и ждал ответа.

Боже милостивый, он спрашивал вполне серьезно.

И ждал, что я отвечу.

Убедившись, что я не собираюсь отвечать, Гибси продолжил болтовню.

— Чел, так это еще до операции? — Он с сочувствием посмотрел на меня. — Ты не кончал несколько месяцев, ничего удивительного, что все время бесишься, — бормотал Гибси, демонстрируя озабоченность моим состоянием. — Потому у тебя и встал, когда эта Шаннон наклонилась и показала задницу. Твой разнесчастный член решил, что наступило Рождество. Бедняга ты бедняга, — содрогнувшись, добавил он.

— На такие темы я с тобой не говорю, — сказал я ему, входя в главное здание. — В жизни, Гибс, есть вещи, которыми не делятся с другими.

— Можешь подать на меня в суд за то, что я беспокоюсь о лучшем друге, — огрызнулся он, шагая рядом. — Брось стесняться, Джонни. Я их видел. — Словом «их» он обозначил мои увечные репродуктивные органы. — Со мной ты можешь поговорить.

— Не хочу я с тобой разговаривать, — рявкнул я. — Об этом — особенно.

— А ты знаешь, как пагубно для яиц отсутствие семяизвержения? — воскликнул Гибси, решив помучить меня еще немного. — Джонни, это очень плохо. В Сети видел — мурашки ползли по всему телу. У парня яйца вздулись так, что чуть не взорва…

— Хватит! — сдавленным голос произнес я. — Ну пожалуйста, прекрати!

— Ладно. Один вопрос — и я отстану.