Жена напоказ - 2

Не хотели, чтобы мои отношения с вашей матерью испортились? Ну да! Вы же думаете об интересах королевства! Вы же преемник его величества. Почти утверждённый. Вы только сегодня утром целовали меня. А раньше вовсе предлагали замкнуть привязку. Пустите!

Она вывернулась из хватки и, поддёрнулв подол дорожного платья, вновь поспешила вперёд. Что ж, устраивать подобные разговоры в коридоре при полном доме гостей — весьма опрометчиво. Потому Ренельд просто проводил вдовушку до её комнаты.

Она попыталась закрыть дверь перед его носом — и он еле успел отклониться, чтобы не получить по лбу.

Зато Лабьет успел протиснуться внутрь и придержал створку, не давая Мари закрыться на ключ. Та попыхтела, силясь вытолкать пса и отгородиться от Ренельда, но всё же сдалась — и он вошёл в комнату ещё более разгневанный, чем раньше.

“Смотри-ка, маленькая, а какая сильная!” — выдохнул шинакорн, встряхиваясь.

Оказывается, из спальни Мариэтты уже убрали обломки дверей, а служанки навели там порядок. Вокруг ещё ощущался призрачный флёр тёмной ауры, напоминая о том, что случилось ночью.

Неприятный холод пробежал по спине от очередной мысли, что всё это могло окончиться весьма скверно.

И во многом — из-за непрошенной инициативности матери.

Всем, кто сейчас был в покоях графини, Ренельд рявкнул:

— Вон! — уже не способный хотя бы на малейшую вежливость.

И женщины удалились стайкой, словно вспугнутые синицы.

Мариэтта наконец остановилась посреди гостиной и бездумно уставилась на свои собранные к отъезду вещи.

— Прежде чем вы уедете, — продолжил Ренельд, — всё же выслушайте меня.

Графиня повернулась к нему, с трудом заставляя себя смотреть ему в лицо. Как будто ей вдруг стало противно.

— Будете оправдывать её светлость?

— Не буду. Даже для себя. Я точно так же, как и вы, не знал о её замыслах. Мне вообще приятнее было бы не верить в то, что она всё это устроила.

— Но она ваша мать. И вы всё равно войдёте в её положение. Так?

“Ох уж это положение. Довольно сложное, — вздохнул Лабьет. — Рен, я бы не отпускал Мари. Но нужно отпустить”.

— Я обдумаю всё ещё раз, — не стал спорить Ренельд. — Когда остыну. И вам советую сделать то же. В этом есть положительная сторона. Сейчас мы можем снять привязку. Просто избавиться от неё.

Гаспар Конассьянс мог сделать это и раньше.

— Всё же надо было позволить моей охране дать ему в лицо пару раз, — мрачно хмыкнула Мари.

— Во всём этом вряд ли была его добрая воля. С королём трудно спорить.

— Значит, и его величество был в курсе? — графиня приподняла брови.

“Ну не зря же были все его намёки. Если бы Ивен не был королём, ему нашлось бы хорошее применение в бродячем театре. Вообще талантливая получилась бы труппа из него, твоей матушки и ещё пары весьма неприятных мне лиц”.