Жена напоказ - 2

— Да тут никого… Живого, — шепнул Тибер, на всякий случай прикладывая рукав к носу.

“Да скажи ты ему, что здесь нет трупака, — раздражённо бросил Лабьет. — Иначе воняло бы до сих пор”.

— Хочешь осмотреть неживого? — поддел Ренельд помощника.

Тот закатил глаза и судорожно сглотнул. Как бы ни старался сохранить лицо, а по нему всё равно пробежалась гримаса омерзения.

— Если скажете, ваша светлость.

Тот лишь покачал головой. Какая самоотверженность! Ну что ж, пусть пока думает в меру своего опасения. А там будет видно.

Они поднялись в небольшую комнату наверху, слева от которой располагалось нечто вроде кухни, а справа — небольшой лаборатории.

по крайней мере, судя по стеллажам с книгами вдоль стены, каким-то бутылям на полках и стопкам записей на захламлённом столе. Повсюду — разруха, но довольно пусто. Как будто кто-то в спешке собирался и взял с собой только необходимое.

— Осмотрись здесь, — велел Ренельд чуть успокоившемуся Тиберу. — Лабьет — на кухню.

“Как Лабьет, так сразу на кухню, — проворчал тот. — Ох уж мне эти ваши стереотипы. Тем более там вряд ли есть чем поживиться”.

Тихо ворча, он скрылся в соседней каморке.

Сам Ренельд прошёл в кабинет или, как успел окрестить эту комнатёнку — лабораторию. С её назначением он не ошибся. Только ступил на порог — и под ногами захрустели осколки то ли каких-то артефактов, то ли сосудов. Либо сам Венсан уничтожал за собой следы, либо тот, кто его отсюда уводил.

В носу защекотало от запаха пыли и плесени. Показалось даже, что здесь тоже ничего полезного не найдётся. Ренельд полистал какие-то малопонятные записи, заглянул в книги — но и оттуда ничего важного не вывалилось. В склянках на столе и полках масляно поблескивали сомнительного вида и назначения жидкости.

Он заглянул под стол и под узкую кушетку у окна: какие-то обломки. Как будто знакомые? Ренельд потянулся за ними, опёрся на пол коленом и друг ощутил, как его словно бы прострелило снизу до самой головы.

Глаза ослепила горячая вспышка. Тело стремительно начало терять устойчивость и твёрдость, будто расплавилось. Он вцепился в край кушетки, ещё не давая себе сползти на пол. Вся лаборатория начала сползать по диагонали куда-то вниз, как кусок старых обоев — со стены.

Но тут кто-то подпёр Ренельда сзади. Хваткая пасть вцепилась в рукав, рывками его потащило прочь из слабо светящегося круга неизвестной ловушки.

Стоило только разомкнуть соприкосновение с ней — и в воздухе запахло палёным деревом. Что-то щёлкнуло, зашипело — и невидимые крюки заклинания выскользнули из-под кожи.

“Рен! Что это было? — заволновался Лабьет. — Похоже на ловушку светлых аур, но...”

— Но она не для светлой ауры, а для тёмной, — Ренельд с трудом поднялся на ноги и сразу опёрся ладонью на липкий стол.