Живые и взрослые

Лева захотел поиграть в шпионов, Гоша нашел дом, Ника сказала про привидения, а Марина все время только посмеивалась — но в конце концов все равно оказалась главной.

Сейчас, когда от дома их отделяет всего несколько шагов, Марина понимает: ни у кого из них нет ни малейшего представления, что они будут делать, если в самом деле увидят привидение. Будут держать пленником? Попросят отдать какой-нибудь клад?

«Ладно, — думает Марина, — там видно будет».

Осторожно она делает первый шаг — и сразу проваливается по колено в снег.

Теперь, когда они подошли к самому дому, Марине вдруг становится не по себе. Ей кажется: кто-то смотрит на нее через щели в заколоченных ставнях, словно сквозь приоткрытые веки. Тяжелый, недобрый взгляд. Взгляд человека, который не до конца проснулся.

Взгляд человека, которого сейчас разбудят.

Гоша подцепляет гвоздодером доску. Хруст взрезает морозный воздух. Ника вздрагивает.

За ставнями — разбитое окно.

— Полезли, — говорит Марина почему-то шепотом, словно тоже боится кого-то разбудить.

Гоша с Левой подсаживают девочек, потом, подтянувшись, влезают сами.

В пустом доме темно и страшно — словно поздней ночью в детской спальне.

— Гоша, фонарик, — шепчет Марина.

Гоша вынимает из рюкзака походный фонарь, нажимает кнопку.

В узком луче света появляется его встревоженное лицо, потом — рыжая шевелюра Левы, мелкий цветочек выцветших обоев, выгоревший прямоугольник на месте исчезнувшей картины, поломанный шкаф, забитое окно…

«Здесь нечего бояться, — говорит сама себе Марина, — здесь никого нет».

Только пустой темный дом.

Пустой темный дом, который недавно посмотрел на нее сквозь глазницы полуприкрытых окон. Посмотрел, как живой.

Может быть — как мертвый?

Марина слышит шорох и тут же — резкий визг, над самым ухом.

— Меня что-то коснулось, — говорит она.

— Извини, это я, — сознается Лева.

— А я думала — призрак, — отвечает Ника.

Никто не отвечает, все молчат, стоят неподвижно, ждут, что глаза привыкнут к темноте.

— Ничего не выйдет, — собравшись с духом говорит Марина, — давайте зажжем свечи, а то не видно ни черта.

Изнутри дом не такой уж большой: несколько анфиладных комнат, кладовка, кухня, передняя и еще одна комната — видимо, спальня. Марина и Гоша расставляют свечи, Лева достает из рюкзака дэдоскоп и передает его Марине. Девочка медленно идет сквозь анфиладу комнат. Рядом — Гоша, подсвечивает прибор фонариком, на всякий случай, чтобы не пропустить малейшее колебание рамки.

Марина не сводит глаз с серебристого прямоугольника — потому что со всех сторон клубится тьма, дрожат тени, доски скрипят под ногами.

Дом смотрел на Марину сквозь ставни — и, пройдя через разбитый глаз, они попали внутрь.