Живые

Адреналин и частое сердцебиение раздражали и нервировали ее саму, словно несли сигнал об опасности.

А тут в полнейшей темноте и тишине билось чье-то сердечко, но ни малейших запахов. Быть такого не может! Вдруг это просто какая-то запись и ее дразнят?

Только кто? О своих способностях Эмма не рассказывала ни одной живой душе. Колька знал лишь про таблетки, что Эмма их принимает. А того, что она улавливала его присутствие по запаху и еле слышным звукам, не знал даже он.

Эмма поняла, что нервничает: ее собственное сердце забилось в ускоренном темпе, вызывая волну тревоги.

Опасность – вот о чем кричала интуиция.

Здесь опасно, здесь есть чужак, не издающий запаха!

Эмма повела плечами, вытянула руку с фонариком, стараясь захватить тонким лучом как можно больше пространства. Хотя какой смысл? Она и так знает, что в этом коридоре совсем одна.

Широкий коридор привел к дверям цеха, по-прежнему закрытым. Здесь было пусто и спокойно, лишь где-то рядом находился ребенок – его сердце стучало совсем близко. Эмма даже слышала тихие шаги, осторожные и мягкие. Вот чего, спрашивается, шастать в темноте? Небось удрала со Второго уровня и теперь боится, как бы не влетело.

Вот и надеется пересидеть в темноте. Только почему так уверена и спокойна? Не боится? Хотя чего тут бояться…

Эмма пару раз вдохнула и выдохнула, стараясь скинуть напряжение. Стукнула зачем-то в двери цеха, стараясь показать беглянке, что та в темноте не одна, и собралась уже уходить, подумав, что, раз девочка не боится, значит, сама найдет дорогу обратно.

В этот момент до ее руки кто-то дотронулся. Это было так неожиданно, что Эмма подскочила и еле подавила крик ужаса. Оглянулась, рывком навела фонарик.

Совсем рядом стояла невысокая девочка. Обычная, голубоглазая, с длинной светлой челочкой и яркими заколочками по бокам головы. Она смотрела на Эмму спокойно, невозмутимо. Ни грамма эмоций – ни удивления, ни страха. Милый, доверчивый взгляд.

– Не стучи в эту дверь. Они услышат и захотят выйти.

Эмму пробила дрожь. От этого тоненького голоска, от доверчивого ласкового взгляда, от тонких, теплых пальцев, все еще державших ее за руку.

– Кто они? – пробормотала Эмма, отступая назад.

– Те, кто там, за дверью. Вдруг услышат и нападут. – Голос незнакомки оставался таким же спокойным.

Лишь в глазах мелькнула милая улыбка.

После этих слов спало всякое оцепенение и напряженность. Все встало на свои места. Девочка думала, что за дверью фрики, потому и старалась сидеть тихо и не шуметь, чтобы не привлечь внимания.

– Что ты тут делаешь? – Эмма постаралась придать своему голосу как можно больше строгости. – Детям запрещен вход на этот уровень.

– А Соня? Ей же можно?

– Соня под моим присмотром. Она моя сестра. А тебе пора вниз, и сейчас же. Как тебя зовут?

– Женя.