Живые

Она только и ждет, чтобы Таис поддалась, допустила слабину. Тогда тьма завладеет ею насовсем.

Не в силах двинуться, не в силах перевести дыхание, Таис стояла и смотрела, как медленно расходятся в стороны двери. Они уже не были грязными и страшными. Наоборот, они сияли новым металлопластиком, они выглядели нарядными, чистенькими. Светились какой-то гордой торжественностью.

Но внешность не меняла их сущности. За ними была тьма, и Таис это знала. А также знала, что просто должна остаться до самого конца и узнать, что скрывается за дверьми.

И вот, разъехавшись до самого конца, створки скрылись в пазах, на какой-то миг наступила полная тишина, а затем раздалось тихое пощелкивание.

Знакомое, слишком хорошо знакомое пощелкивание и шелест: шлеп-шлеп-шлеп…

Это ползли многоножки. Прозрачные, неутомимые, мигающие ядовитым зеленым светом, они надвигались огромной армией. Их сила была вовсе не в величине, а во множестве. Их было больше, чем песка на берегу моря, больше, чем листьев на дереве. Они наплывали волной, наползали шумным прибоем, и остановить их было некому.

Раздался грозный рык, и перед Таис выпрыгнул Пушистик.

Теперь он казался не таким мелким, как прежде. Он словно бы подрос, стал больше полуметра ростом, и даже хвост у него вытянулся и теперь гневно хлестал по лапам.

Еще раз рыкнув, Пушистик прыгнул в самую гущу многоножек и принялся их рвать, мотая башкой и хрустя зубами. Он рычал так грозно и так шумно, что Таис проснулась и подскочила.

Сон закончился внезапно, но от него осталось дурное послевкусие. Таис оперлась ладонью о мягкое прорезиненное покрытие пола, повернулась и почувствовала совсем рядом чей-то теплый бок. Неожиданное прикосновение заставило вздрогнуть и отодвинуться.

Но Таис тут же успокоилась. Это был всего лишь Пушистик. Зверек сопел, прижавшись к ней, и, когда она отдалилась, ему это не понравилось. Не открывая глаз, Пушистик стал передвигаться ближе и успокоился лишь тогда, когда снова прижался к боку Таис.

Федора рядом не было – он уже возился у монитора крейсера. Видимо, спал он совсем мало.

– Как дела? – спросила Таис, устраиваясь рядом.

Федор ответил не сразу. Сначала поднял голову, взглянул рассеянно:

– Пришел наш Пуш, видела? Никуда он от нас не денется.

Я угостил его шоколадом из агрегата, и теперь у него хорошее настроение.

– Небось объелся многоножками, – хмыкнула Таис. – Пойти, что ли, посмотреть, что там осталось…

– Только осторожно. Пойди и посмотри. Я пока еще не разобрался в управлении крейсера. Пока еще нет.

– Я только одним глазком, – заверила его Таис и направилась к агрегату.

Едва она нажала на кнопки меню, заказывая стаканчик сока, как машина заговорила.

– Надо бы съесть что-то белковое. Это придаст вам сил, – пропыхтел агрегат.