Живые

Несся вперед как заведенный, будто и не уставал, будто энергии в нем было хоть отбавляй.

– Прыткий мальчишка, – буркнул Федор, переводя дыхание и останавливаясь.

Таис тоже сделала остановку, но Вар тут же оглянулся, замахал руками и закричал:

– Давайте, давайте! Скоро тут будут глюченые, и всем будет конец!

От такой угрозы деваться было некуда, и пришлось снова пуститься вперед.

И вдруг за тремя здоровенными горами, рядом с которыми тяжело пыхтел невысокий кубический робот, аккуратно поднимающий сваленный хлам и складывающий его в стопки, Таис увидела что-то очень знакомое.

Слишком родное и близкое. Она слезла с выступа, спустилась пониже и уставилась на поле, сплошь покрытое головами, руками, ногами и прочими белыми деталями донов-12 и донов-15. Кладбище старых роботов пугало своей величиной. Сколько же машин сюда свезли за ненадобностью! Сколько металла зря погубили! Сколько технологий!

А ведь это были неплохие машинки. Да и сейчас они еще очень хорошо служат на станции. Воспитывают детей, убирают, учат, кормят и защищают. Выполняют свои функции. А здесь, на Земле, от них давно уже избавились, оказывается.

– Ничего себе, – проговорил Федор, оглядывая горы металлических трупов.

– Я же вам говорил, – снова заулыбался Вар. – Это уже никому не нужное старье. Валяется тут, с них даже чипов не возьмешь, таких спаек теперь не делают.

Федор молча спустился в самый низ и зашагал по белым рукам и ногам. Качнулся, оглянулся и сказал:

– Они воевали. Их убили – всех. Почти всех. Туловища разнесены выстрелами, конечности оплавлены. Кто мог против них воевать? Может, люди?

– Теперь уже не узнаем, – проговорила Таис, ступая за ним.

– Нам в другую сторону, – закричал им в спины Вар.

Но остановиться не было сил. Словно завороженные, они с Федором ступали и ступали по железякам, и обоим казалось, что целая жизнь скрипит у них под ногами. По крайней мере, Таис так казалось.

Целая эпоха, навсегда утраченная, лежала теперь на Свалке, и ничего уже нельзя вернуть назад. Эпоха Робототехники, которая для людей закончилась навсегда. Хотя, по словам Вара, это как раз эпоха людей закончилась.

Поди теперь разберись со всем этим.

– Странно это, Федор, – тихо проговорила Таис.

– Да, – согласился он. – И мне это не нравится.

Что-то мне, Тай, вообще не нравится Земля. А тебе?

Таис оглянулась на отставшего мальчишку, который махал руками, подзывая их к себе, и согласилась:

– Странно тут. Все какое-то ненастоящее.

– Вот именно. И мне так кажется. Ненастоящее и опасное. Будто какой-то подвох со всех сторон.

Они оба продолжали идти вперед. Таис теперь и сама не понимала зачем, но ее словно тянуло на горестное поле погибших андроидов. Словно здесь была похоронена какая-то важная часть ее жизни, что-то, что имело большое значение.